Рассказ
Нами живёт обычной жизнью: ходит в школу, встречается с парнем, помогает родителям. Внезапно, в жизни Нами появляется сестра - Сина. Странная девушка всю жизнь делала фонарики из бумаги, а теперь поселилась в одном доме с Нами. Сина приходит каждую ночь к Нами в спальню. Она просит сестру спасти Серый мир от гибели. В доказательства своих слов, Сина лечит желудок Нами с помощью фонарика. Она говорит, что в Сером мире все жители ходят с фонариками в теле. Нами отправляется в Серый мир, но там...
Мю учится в средней школе. Однажды в парке девушка встречает Аки. Вскоре выясняется, что Аки - принц Бирюзового трона, а Мю будущая принцесса. Но девушка отклоняет предложение Аки о свадьбе. Аки исчезает, а Мю превращается в настоящую кошку. Школьный друг Кито помогает Мю контролировать анимагию. Через полгода Мю внезапно исчезает. Кито отправляется на поиски. Путь его лежит в страну Бирюзовых гор на территории Восточной Европы.
У каждого есть что-то вроде навозной лопаты, которой в моменты стрессов и неприятностей вы начинаете копаться в себе, в своих мыслях и чувствах. Избавьтесь от нее. Сожгите ее. Иначе вырытая вами яма достигнет глубин подсознания, и тогда по ночам из нее будут выходить мертвецы. - Стивен Кинг.
Антиутопия. Как писал Томас Элиот в поэме "Полые люди", "Между влечением И содроганием Между возможностью И реальностью Между сущностью И проявлением Падает Тень Ибо Твое есть Царство Ибо Твое Жизнь очень Ибо Твое есть Вот как кончится мир Вот как кончится мир Вот как кончится мир Не взрыв но всхлип". Начиная писать этот рассказ, я имел в виду нечто совершенно другое. Но текст сам вывел меня именно к такому сюжету и именно к такой сюжетной развязке...
Ночь Мидаса. Это решающая ночь для Эрика Кэрью. Судьба подбросила ему самое важное испытание в жизни. И он, либо соберется и выиграет, либо проиграет. На кон поставлено все! А еще есть старик - что утверждает что управляет миром. Кто он - сумасшедший или провидец, что подарит новую жизнь? Зло уже рядом. За окном небольшой закусочной. И время стремительно заканчивается. Пора принимать решение и действовать. Здесь и сейчас!
Фернандо Наварро торжествовал. Бой, слава Господу и всем святым, обещал быть недолгим и, едва начавшись, уже подходил к славному завершению. Безбожные язычники, не пожелавшие принять истинную веру и в знак смирения перед властью Его величества передать в дар короне свои золотые статуи, получили достойный урок. Как и в предыдущих селениях, дон Наварро начал сражение выстрелом из аркебузы в вождя, выделявшегося среди меднокожих татуированных воинов яркими перьями на голове и огромным ожерельем...
Мы попали. Куда? Даже сейчас я этого точно не знаю, и лишь иногда со смешанным чувством удивления, испуга и тоски смотрю на созвездие Лебедя в пьянящем весеннем небе... и вспоминаю, что любил завороженно созерцать его и в детстве, и в юности, и во время вечерних прогулок с Лидой вскоре после нашего знакомства. Впрочем, сейчас я уже кое-что понимаю, а тогда...
Она ощущала терпкий вкус вина и приятную истому, разливающуюся по телу вместе с волнами удовольствия от наполняющей зал музыки - то резкой и громкой, то плавной и мелодичной. В этих ощущениях хотелось купаться еще долго, но через несколько мгновений всё стало таять и растворяться, уступая место идущему из глубины сознания голосу... Она ощущала терпкий вкус вина и приятную истому, разливающуюся по телу вместе с волнами удовольствия от наполняющей зал музыки - то резкой и громкой, то...
Тармилоры - господствующий вид на пятой планете (Тармил) в системе восьмой звезды созвездия Дунтар (см. также "Тармил: условия, формы и виды жизни"). Четырехкрылые гигантские насекомые, стайные хищные существа. Взрослые особи достигают в длину пятидесяти двух лантимов, размах крыльев до тридцати пяти лантимов. Разрешены все виды охоты при условии соблюдений особых правил безопасности....
— Ах, никак не могу вспомнить фамилию того немца, от которого я без ума... — Альцгеймер, бабушка! Фрося, бабуля Роллтона — как раз такой случай. Из ума она уже выжила и очень скоро отправится вслед за Октябриной Сигизмундовной с Рейха. Но пока бабуся продолжает чудить, а родные выжидают, когда же им достанется её провонявшая однокомнатная квартира на Силикатном.
Произошла эта история в сорок четвертом году, весной. Наш полк в то время стоял на Украине, и мы быстро продвигались вперед. Немцы хоть и были превосходными вояками, устоять перед нами не могли, отступали назад, освобождая дорогу на Румынию.
Мрачная ночь холодным покрывалом окутала замерший город, и ее темное безмолвие единолично властвовало над пустыми улицами. Вековые сугробы опоясывали покинутые деревянные постройки, изящно испещренные многочисленными замысловатыми письменами.
За руку слегка подёргали. Раскинувшийся на солнышке Николай повернулся нарочито лениво, стараясь не показывать давившего с самого рассвета страха. Вокруг свои, но он-то самый молодой, да и в бою впервые. Хотя почти все впервые, необстрелянная у них часть. А за руку дёргал незнакомый лысый человек в куцем пиджачке и больших очках. Доктор, что ли? Вот он точно боялся, смотрел то на Николая, то во вражескую сторону.
Я шёл по дорожке, выложенной большими красными и жёлтыми плитами. Солнце светило с безоблачного неба, было очень жарко, а в голове не было ни единой мысли. Вдоль аллеи, по обеим сторонам, стояли высокие, похожие на ракеты, деревья. Ракеты, при чём тут ракеты? Что-то было такое с ними связано. Но думать не хотелось. Аллея, между тем, кончилась, и я вдруг оказался на довольно большой открытой площадке. В центре огромная клумба, справа что-то вроде спортплощадки - мальчишки перебрасывают...
- Эй! Ты видел Чучека? - Нет. - А ты? - И я не видел. Тамук слонялся по огромной пещере, тормошил соплеменников, задавая всем один и тот же вопрос. Соплеменники качали головами, разводили руками, а кто-то даже огрызался, разумеется нарываясь на оплеуху, но о местонахождении друга Тамуку никто ничего вразумительного так и не сказал. - Женщины! Чучека не видели?
Утро выдалось солнечным. Якоб - высокий, хромой старик, давно разменявший седьмой десяток, шел по улице, опираясь на трость. На нем была зеленая суконная куртка с рыжими подпалинами, штаны, шерстяные чулки в обмотках и грубые ботинки. Седые волосы выбивались из-под войлочной шляпы, а непременная трубка торчала из нечесаной бороды.
Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинён вред.
Виктор, тридцатилетний белобрысый юноша, склонный к полноте, допил из фляжки витаминный коктейль и мрачно произнёс: - Лично мне Крюза совершенно не нравится. - А чего так? Мне даже Землю напоминает, - возразил Дмитрий, шестидесятилетний мужчина в самом расцвете сил, сидевший напротив за узким столом в кают-компании.
В службе дальнего поиска рутины гораздо больше, чем романтики. Нас забрасывают на какую-нибудь Богом забытую планетку, которая чем-то заинтересовала астрономов, и мы в течение нескольких лет ползаем по её поверхности, пытаясь отыскать предметы и явления, достойные научного внимания и гигантских инвестиций.
Начальник лунной базы "Селена 1" полковник Дмитрий Смирнов строго оглядел присутствующих в кабинете и сообщил: "Из надёжных источников мне стало известно, что к нам направлен робот-андроид для инспекции работы базы".
Катание на коньках дарит эйфорию и заряд энергии. Пусть оно отнимает ту же энергию, но когда ты там – на льду, тебя это не волнует. Ты чувствуешь прилив сил и с каждым движением тела набираешь скорость, копишь инерцию и прыгаешь…
Рассказ, Детская проза, Советская классическая проза, Литература ХX века (эпоха Социальных революций), Советские издания
Я теперь уже дедушка. Слушатели мои — внук Алеша и его приятель Саша. Один первоклассник, другой второклассник уже.
Алеша темноволосый. Саша светленький.
За играми — то вместе, то врозь по углам. То дружат, то подерутся.
Но стоит мне начать про войну — сразу между ними мир и согласие. Сядут в обнимку, дыхание затаят, слушают.