Классическая проза
Житель городка Русильона господин Пейрорад откопал в своём саду медную античную статую, которую местные жители немедленно прозвали идолом. Статуя представляла собой прекрасную женщину с необычайно злым выражением лица. Общее мнение было таково, что находка дьявольской статуи не принесёт добра.
И действительно, с самого начала всех, кто имел дело с идолом, преследовали несчастья.
Роман «Посмертные записки Пиквикского клуба» с момента его опубликования был восторженно принят читающей публикой. Комическая эпопея, в центре которой неунывающий английский Дон-Кихот — эксцентричный, наивный и трогательный мистер Пиквик. Этому герою, как и самому писателю, хватило в жизни непредвиденных случайностей, не говоря уже о близком знакомстве с тюрьмой, судом, постоялыми дворами и парламентскими дебатами. «Пиквикский клуб» сразу вознес Диккенса к вершинам литературной славы. С этого...
«Ангел последней минуты, которого мы так ошибочно называем смертью, есть самый нужный и самый лучший из ангелов. <…> При виде полей брани, обагренных кровью и слезами… ангел последней минуты чувствует себя глубоко тронутым, и его глаза орошаются слезами: «Ах, — говорит он, — я хотел бы умереть хоть раз смертью человеческою…»
Галантно-аллегорический роман аббата Поля Тальмана «Le voyage a l'ile d'Amour» написан в форме двух писем героя, Тирсиса, к своему другу Лициде; в них повествуется о путешествии, которое Тирсис в сопровождении Купидона совершил по острову Любви, о встрече с красавицей Аминтой и бурной страсти, которую она вызвала у Тирсиса; об измене Аминты и попытках Тирсиса утешиться в любви сразу к двум девушкам, Филисе и Ирисе, о том, наконец, как Тирсис покинул остров Любви, где он знал сердечную муку, и...
Молодой англичанин, выпускник морской школы, Ньютон Форстер получает приглашение от крупной торговой компании стать капитаном купеческого судна, отправляющегося в Вест-Индию. Но в ночь перед отплытием Форстера похищают прямо с причала. Он оказывается «завербованным» матросом на английском фрегате. Досадное недоразумение вскоре проясняется, но приключения молодого моряка только начинаются…
В основе сюжета пьесы — неудача дворянского заговора в эпоху Империи. Делается попытка выяснения природы социального протеста накануне Июльской революции.
Жил когда-то молодой дворянин по имени Федериго, красивый, стройный, любезный и добродушный, но крайне распущенный. Он до страсти любил игру, вино и женщин. Особенно игру. Никогда он не бывал на исповеди, а в церковь ходил разве только для того, чтобы найти повод для прегрешения. Вот однажды Федериго обыграл в пух и прах двенадцать юношей из богатых семей. Впоследствии они стали разбойниками и погибли без покаяния в жаркой схватке с королевскими наемными солдатами. Потом и сам Федериго быстро...
Раньше почти в каждом населённом пункте был дом с привидениями. Достаточно произойти убийству или внезапной смерти в каком-нибудь старинном доме, как он тотчас же зарабатывал репутацию дома с привидениями. Конечно же и в городке, о котором пойдёт речь, такой дом имеется...
Сын бедной вдовы Дольф Хейлигер много лет был учеником доктора в Новой Голландии. Разбогатевший доктор однажды купил загородный дом, но все, кто ночевал в доме, утверждали, что в нем живут привидения. По поручению доктора Дольф отправился ночевать в доме и действительно увидел в нем загадочный призрак.
Однажды на Новый Амстердам обрушилась страшная гроза. После ее окончания жители города увидели старинный корабль, который проплыл мимо, не отзываясь на крики. С тех пор загадочный корабль не раз видели на Гудзоне, и каждый раз его появление сопровождалось очередным стихийным бедствием.
Первая же встреча потомственного аристократа мистера Дарси и Элизабет Беннет, своевольной барышни из семьи небогатого помещика, делает их непримиримыми противниками: она считает его высокомерным и тщеславным, а он равнодушен к ее красоте и живости ума. Роковое вмешательство мистера Дарси разрушает зародившуюся любовь его друга Бингли и ее сестры Джейн и, казалось бы, окончательно делает сближение главных героев невозможным. Однако острый ум и природная живость Элизабет неожиданно покоряют сердце...
Исса одним из первых начал отходить от привычных канонов японской поэзии, вкладывая в стихи свои личные наблюдения и ощущения. Для него главным всегда было с максимальной точностью запечатлеть окружающую действительность и найти прекрасное в привычных и обыденных вещах, обычно полностью игнорируемых его предшественниками. А благодаря тому, что Исса писал и о собственных переживаниях, написанные им строчки позволяют не только увидеть красоту мира, но и разглядеть скрывающегося за трехстишиями...
Сэмюэл Джонсон (Samuel Johnson; 18 сентября (7 сентября по старому стилю) 1709 — 13 декабря 1784) — английский критик, лексикограф и поэт эпохи Просвещения, чьё имя, по оценке «Британники», стало в англоязычном мире синонимом второй половины XVIII века.
Восточная повесть.
Перевод с немецкого
Текст издания 1789 г.
В книге «История полковника Джека» повествование ведётся, как всегда у Дефо, от первого лица. Главный герой и рассказчик вырос в лондонских трущобах и стал уголовником. Из-за этого он оказался в неволе в американских колониях, там получил свободу, разбогател, стал плантатором и праведным человеком.
Этот памфлет, состоящий из заглавия, предисловия и девяти страниц текста, был впервые опубликован 5 июля 1706 г. и впоследствии воспроизводился во многих изданиях "Книги о смерти" Дрелинкура - труда, рекомендованного столь авторитетно в помянутом памфлете.
Однако, история о том, что Дефо, якобы, написал памфлет по заказу, чтобы содействовать распродаже книги, была опровергнута.
Произведение представляет собой сборник из стихотворных и прозаических новелл, объединённых общей рамкой: истории рассказывают паломники, направляющиеся на поклонение мощам святого Томаса Беккета в Кентербери и описанные в авторском прологе к произведению. По замыслу Чосера, каждый из них должен был рассказать четыре истории - две по пути в Кентербери и две по дороге обратно. Рассказчики относятся ко всем слоям средневекового английского общества: среди них есть рыцарь, монах, священник, врач,...
«Вечернее небо погасало, и губернский город оживился. В казённом саду загремела музыка. Встала пыль розовым облаком.
Виктор Потапыч Пленин смотрел на улицу из окна своего дома, пускал колечками табачный дым и, прихлёбывая чай, скучал…»
«– Одного не могу я взять в толк, барин, – отчего это люди накладывают на себя руки… Я так полагаю, что враг путает, а от себя ни в каком случае это не приходит… Вот я, например: сколько времени я бедовал, и ужасти, как мне скверно и горько приходилось, ну, однако же, о том, чтобы застрелиться, либо утопиться, либо зарезаться, или там удавиться – никогда, верите Богу, мысли не было. Правда, что я, хоть по моему извозчичьему ремеслу в церковь не хожу, но ежедневно благодарю Творца Вышнего за всё,...
«Табачный торговец, Павел Осипович Перушкин, сидел в своей лавке и с нетерпением смотрел на улицу сквозь большое сплошное стекло единственного окна. С утра непрерывный дождь кропил улицу, и мимо лавочки промелькнуло несколько сотен мокрых зонтиков. От времени до времени гремел колокольчик на дверях магазина, входил покупатель и, подождав, пока угомонится колокольчик, спрашивал десяток папирос или коробку спичек. Торговля шла как обыкновенно, но время тянулось как-то особенно долго. Перушкин...
«Павел Иваныч Гусев сидел в кресле после хорошего домашнего обеда, положив короткие руки на живот и уронив на грудь большую голову, с двойным жирным подбородком. Было тихо в доме, маленьком, деревянном, каких много за Таврическим садом. Жена Павла Иваныча бесшумно как тень сновала по комнатам, чтобы укротить детей, которые и без того вели себя отменно благонравно, и лицо её, жёлтое и в мелких морщинках, выражало почти ужас, а губы, бескровные и подвижные, шептали угрозы, сопровождаемые...
«Май начался, но было холодно. В Петербурге странный май. Погода, однако, стояла ясная.
В семь часов вечера по Кирочной улице шла молодая девушка.
На ней было тёмное платье, подобранное так, что видны были щёгольские ботинки, и синяя кофта с шёлковой бахромой и стеклярусом, а на голове старомодная шляпка с белым пером. Девушка была приезжая…»
К человеку, не верящему в происходящие порой необъяснимые случаи, считающему такие истории выдумками газетчиков, приходит гений фантазии, – чтобы доказать, что невероятные события происходят на самом деле.
«Моросил дождь. Сергеев поднял воротник пальто и, широко шагая через улицу и расплёскивая грязь, шёл по направлению к трём тополям, за которыми приветливо светились окна. Добравшись до тротуара, где под навесом блестел деревянный помост, Сергеев вздохнул, отёр платком лицо и позвонил. Не отворяли. Он позвонил ещё. Тот же результат. Тогда он подошёл к окну и стал глядеть в него, барабаня по стёклам. Комната была большая и нарядная. На столе горела бронзовая лампа под матовым словно ледяным...