Много лет назад известный гольфист Джек Колдрен проиграл Открытый чемпионат США – и теперь мечтает взять реванш за былое поражение. Но в разгар соревнований, когда победа уже близка, неожиданно похищают его сына. Полиция предполагает, что преступники рассчитывают не только получить выкуп, но и устроить публичный скандал. Однако известный спортивный агент и талантливый детектив-любитель Майрон Болитар, по просьбе жены Джека ведущий частное расследование, убежден: мальчика похитил человек,...
Когда-то Майрон Болитар и Грег Даунинг соперничали и на баскетбольной площадке, и в любви… И теперь именно Майрону, спортивному агенту и талантливому детективу-любителю, предстоит расследовать загадочное исчезновение Грега, ставшего за эти годы звездой профессионального баскетбола. Владелец клуба, за который играл Грег, не хочет ни скандала, ни вмешательства полиции. Болитар, вынужденный действовать на свой страх и риск, вскоре узнает, что исчезнувшего Грега шантажировала некая особа,...
Кому и зачем понадобилось убивать Валери Симпсон — бывшую звезду большого тенниса, недавно решившую вернуться в спорт? Почему убийца застрелил Валери прямо во время Открытого чемпионата в присутствии нескольких тысяч зрителей? Известный спортивный агент и талантливый детектив-любитель Майрон Болитар начинает собственное расследование — и вскоре выясняет: корни преступления кроются в далеком прошлом, когда двое подростков на глазах Валери убили ее жениха Александра Кросса — сына сенатора. Но...
Этот город — принц и нищий одновременно, центр всеобщего внимания и клоака мира. Если бы я умел говорить на сотне языков сразу, то вряд ли воздал бы должное его великолепному хаосу. Самый прекрасный и самый убогий, опоясанный двойным кольцом парков и трущоб, где острый воздух с озера и из прерий всегда чувствуется носом, а от вони отвратительного смога не першит в горле. Большой порт, расположенный в тысяче миль от моря, огромный рынок, одной рукой сгребающий пшеницу и скот с Запада, а другой...
История о человеке, несправедливо обвиненном в убийствах.
Исследование темы несправедливого обвинения и попадания человека в безвыходную ситуацию, когда он становится жертвой обстоятельств и вынужден оправдываться за преступления, которых не совершал.
День этот, закончившийся двумя убийствами, начался, как и всякий другой.
Утро было даже приятнее, чем обычно. С Тихого океана дул свежий бриз. Ветер задирал девичьи подолы, приоткрывая такую красоту, какую далеко не каждый день увидишь.
Словом, утро было приятное.
На углу находилась автобусная остановка, и Джексон медленно направился к ней. Семь лет — достаточно большой срок. Он должен быть готов к тому, что на воле за этот срок многое изменилось. Его охватило чувство нереальности окружающего. И только одно, как и прежде, было реальным: горячее чувство несправедливости, допущенное по отношению к нему. За эти семь лет его ненависть к Флипу Эвансу не угасла. Толстяк Флип был таким негодяем, что пробу негде ставить. Джексон нервно курил в ожидании...
Было жарко. И темно. В камерах пахло мужчинами, сны которых наполнялись страхом, отчаянием и разочарованием. Пахло мужчинами, которые уже несколько лет не имели женщину, – и так ночь за ночью. Три стены, наверху рама окна, железная решетка, жесткие, узкие нары и дезинфекционные средства вместо лосьона. И постоянно растущее напряжение в душе, обрывающееся истерикой. Ты можешь выпить на углу кружечку пива? Можешь в охотку съесть порцию крабов и пойти на рыбалку? Можешь ласково потрепать свою...
Ночь была душной, а море неподалеку. Но я был не на море, а только неподалеку от него. Я слышал, как волны бились о скалистый берег. А между мной и морем шумела автострада.
Я ворочался, весь мокрый от крови. А может быть, от пота? Что-то жидкое скатилось с моей шеи и запуталось в волосах на груди. Воздух был спертый и душный, заполненный одурманивающим запахом никотианы цветущей ночи...
В любой части света всегда найдутся швейцары, таксисты или сотрудники службы информации, которые не упустят возможности ввести вас в заблуждение по поводу наличия свободных номеров в интересующем вас отеле.
Если вы прибыли в Майами на отдых, то знайте: в таких гостиницах, как "Чамбер оф коммерс", "Бич отель Ассошиейшн" и "Бич апартмент Ассошиейшн", для вас всегда найдется номер.
Взгляд Талбота перебежал на первую страницу "Ивнинг Таймс", на которой подробно излагалась вся история и помещалась фотография Джима Конли, стоявшего в камере между патером и охранником. Его лицо выражало отчаяние.
В заметке говорилось:
"За несколько часов до смерти Конли утверждает, что он невиновен: "Свидетельствую перед Богом, что я не участвовал в ограблении Национального банка Мидлтоуна. Я не убивал кассира. Я не убивал Эла Бакера".
Вокруг царила отупляющая жара. Все было тихо. Только где-то рядом щебетали невидимые птицы да слышалось мерное “карамп”, работающей помпы, когда вдалеке, где была нефтяная скважина, она начинала работать. Вставало солнце, все вокруг казалось таким мирным. Ничто не предвещало, что еще до того, как ночь окутает землю, жизнь Латура окажется под угрозой...
Я впервые подходил к блоку смертников. Не нравилось мне все это. Не нравилась атмосфера. Не нравился запах. Даже солнце Флориды казалось другим через оконную решетку. Это, впрочем, не был сам блок смертников. Это был ряд из трех камер, примыкавших к блоку приговоренных к смерти...
По эквалиптовой аллее я проехал к дому и остановился впритирку к темной шестицилиндровой машине Миллета – спортивной машине иностранного производства, специально оборудованной согласно желанию знаменитого заказчика. Само ранчо было под стать машине – и то, и другое стоило огромных денег, но ранчо было, конечно, делом более прибыльным. Миллет называл свое приобретение "страховкой в старости". Но, по моему мнению, если он будет жить так же, как и раньше, то к старости у него вообще ничего не...
На толстом слое водорослей, тины и ила лежало шесть трупов. "Они здесь уже несколько дней, – подумал Кейд, – а погибли, похоже, от голода и жажды". Узкая зеленая полоса впереди в блеске разгорающегося дня выглядела, как мираж. До материка было миль восемнадцать. Но для людей, лежавших на отмели, до него могло быть и сто раз по восемнадцать! Здесь редко появлялись суда. Изредка проходили рыбачьи баркасы, сокращая путь к Гранан Терре или Баратории-Бей, или лодки охотников из Нового Орлеана,...
Частный сыщик Шелл Скотт, к услугам которого прибегают голливудские звезды, на богемной вечеринке становится свидетелем преступления ("Гнездо разврата") и проникает в архив ритуального заведения, чтобы раскрыть криминальную тайну ("Раскопай эту чертову могилу"). В книгу также вошел сборник повестей "Трое под одним саваном".
Неделю назад мы встретились в баре на одном из бульваров Лос-Анджелеса.
После первых многозначительных взглядов и слов все обрело смысл - такой же
ясный и острый, как кинжал, извлеченный из ножен. Почти автоматически мы
пошли ко мне. Так было в первый раз - и тоже после обеда, так было сейчас
и будет через неделю, а я по-прежнему ничего о ней не знал...
В книгу вошли произведения Ричарда С. Пратера "Улица грешника", "Параграф 197", "Подставной убийца", "Улаживатель чужих дел", "Стриптиз убийства", "Сногсшибательные проделки".