А что делать, если однажды ты… попала в книгу?
И не прекрасной избранной героиней, а официальной злодейкой сюжета.
— репутация ужасная
— герой тебя терпеть не может
— читатели вообще должны радоваться твоему поражению.
Но… кто сказал, что сюжет нельзя немного сломать?
Однотомник.
Из машины выходит Никитин. Хлопает дверью. И лобовое стекло вместе с чемоданом обрушиваются в салон. С пассажирского сиденья с визгом выскакивает ОНА! Его вторая жена, которая, кстати, умудрилась родить ему сына... В отличие от меня. - Марго! - диким бизоном снизу орет мой бывший. - Ты что творишь, ненормальная?! - Серёжа, она хотела нас убить! Нужно заявление написать и побои снять! - кричит его "любимая". - Какие побои, неразумная? Побои я еще не успела нанести! - кричу сверху. - Но если ты...
Стою на выходе из роддома. Внимательно смотрю на то, как муж заводит внутрь незнакомую беременную женщину. Собираюсь окликнуть его и вдруг слышу, как она говорит Родиону: – Радик, милый, ты только не уезжай, прошу тебя! Я боюсь здесь одна оставаться! Нет, вот интересно, да? Чего это мой муж должен караулить чьи-то роды? Пусть это делает ее благоверный! Если уж Бедаев согласился подвезти чью-то роженицу, то спасибо ему и на этом! Меня они не видят в упор! Просто вот проходят мимо буквально в...
Анна Викторовна, заведующая кафедрой акушерства и гинекологии, не планировала умирать.
Тем более — от родильной горячки в девятнадцатом веке.
Очнувшись в теле молодой губернаторской жены, она обнаруживает, что:
• медицина здесь опаснее болезни;
• окружающие искренне хотят помочь — так, что прикончат за пару минут;
• а лучший способ выжить — не слушаться никого.
Назло эпохе, врачам и здравому смыслу Анна берется за дело.
Ибо спасение утопающих — дело рук самих утопающих.
ПЕРВАЯ КНИГА
Кто-то в качестве подарка к Новому году получает квартиру или Мерседес. А я получила… бывшего мужа. В виде моего нового начальника. - Семейное положение? - сухо интересуется Роберт. Первый рабочий день бывший супруг решил начать с собеседований со всеми новыми подчиненными. Со мной - в том числе. - Разведена. Детей нет. - А причина развода какая? - любопытничает женщина с красной шевелюрой. Она будет новой главой отдела кадров. В ожидании моего ответа у Роберта напряглись мышцы на груди....
Однажды ночью я легла в свою кровать, а утром проснулась в чужой. И не только в кровати, но и в теле. В теле Екатерины Николаевны Данилевской, своей полной тезки. Вот только жила она не в двадцать первом веке, а в девятнадцатом. Но проблемы у нее были такие же, как у меня. *** — Тут только два варианта, Катюша! — мой новый родственник посмотрел на меня поверх золоченых очков. — Либо ты выходишь замуж за графа Кирсанова и катаешься как сыр в масле. Либо лишишься дома и будешь вынуждена...
Муж-дракон вернулся из военного похода. Я с волнением выбежала навстречу, чтобы сообщить радостную новость. У нас будет сын, наследник. Супруг будет счастлив! — Это не мой ребёнок. Ты изменила мне, — штормовой взгляд генерала прожёг мой округлившийся живот. — Конечно, твой. Что ты такое говоришь? — Я стыдливо прикрыла полами плаща располневшую фигуру. — Я не могу иметь детей, Цветочек. — Муж жёстко взял меня за подбородок и подтянул к себе. — Хорошо, что ты сама всё решила и мне не нужно...
— Я не твоя бывшая, Герман! Я не буду бегать на сторону, ясно?! Если мне кто-то понравится, ты узнаешь об этом первым. — Что ты сказала? — он замирает, как был. Занеся руку к валяющейся на полу футболке. Сверлящий меня взгляд затуманивает что-то страшное. — Ничего, — отворачиваюсь я, но… поздно. Герман выпрямляется. Подходит к кровати. Опускается на матрас, жестом указывая, чего от меня хочет. Дрожу… Боже мой, как я дрожу! — Гер… — Тс-с-с. Ну-ка, милая, напомни мне свое обещание. Я точно...
«Свадьба отменяется. Не звони мне больше», — такое сообщение мне пришло от жениха накануне росписи. Я примчалась к нему разбираться. Но встретил меня только его суровый отец: — Решила захомутать моего сына из-за ребенка? Когда успели заделать хоть? — Этот ребенок… моя сестренка. Она сейчас в доме малютки. И мне ее не отдают. Потому что слишком молодая я. Ни мужа, ни жилплощади. Вот я и попросила… Влада… пожениться, — поднимаю глаза на этого сухаря бесчувственного, и почти не вижу его из-за...
Зое досталось два бесценных дара в новой жизни - чужое изможденное тело и ребенок, который увидел в её глазах чужую душу. Её прежний мир - одиночество, музыка Вивальди, запах обожжённой глины. Её новая реальность - вонь дешевого кабака, бесконечная грязь и борьба за кусок хлеба. Но Зоя - гончар. И она видит шанс там, где другие видят смерть. Её инструменты теперь - терпение и упрямство. Её магия - в умении варить волшебную кашу из ничего и зажигать свет в глазах тех, кто забыл, что такое...
Разводы - моя профессия. Я знаю, как оставить ни с чем мужей-изменников. Но никогда не могла подумать, что таким станет и мой муж. - Наташенька, ты не видела Олега? Видела. И Олега , и его голый зад в ванной комнате нашей старшей дочери. Наша счастливая жизнь оказалась уничтожена в разгар семейного праздника. Он изменил мне с женой брата. И считает это просто ошибкой. А я считаю, что такое прощать нельзя. Впереди будет война. Грязная. Болезненная. И я сделаю все, чтобы она была именно...
- Да-а-а, так хорошо! — раздаётся томный женский голос из-за неплотно прикрытой двери Пашиной палаты. Но это не может быть правдой! Толкаю дверь ногой и вижу, как на больничной койке кувыркаются двое: мой муж и скачущая на нём постовая медсестра, кокетливо задравшая белый халат. Я с грохотом бросаю пакет на пол. - Ай! — взвизгивает медсестра и пытается натянуть на них с Пашей простынь. - Вам сюда нельзя... - Мне! МОЖНО! — чеканю я и не отворачиваясь смотрю в наглые глаза своего неверного...
- Вер, я тобой восхищаюсь! Ты так спокойно это принимаешь! - говорит мне сестра мужа, не сводя глаз с моего любимого и моей подруги. В день маминых похорон я жду поддержки от близких, но вместо этого узнаю, что мой муж и лучшая подруга стали любовниками, пока я пыталась не сойти с ума у постели умирающей мамы. Наша дочь-подросток с радостью поддержала выбор отца: - Я вижу, кто делает папу по-настоящему счастливым! Я пытаюсь держаться. Но как же больно осознавать, что моя жизнь была ложью. ...
Как академик Епиходов мог подписать завещание, если он точно помнит, что никакого завещания отродясь не подписывал? А вот нотариус утверждает, что собственными глазами видел, как тот приходил оформлять. Нормальный, вменяемый, на своих ногах, еще и шутил при этом. Кажется, Серега скоро сойдет с ума, если не разберется с Ириной и этим странным завещанием.
А тут еще в Морках все так закрутилось вокруг санатория, что где теперь найти время на аспирантуру — черт его знает.
"Тебя никто не пощадит!" — бросила мне сводная сестра сквозь решётку перед казнью, и эти слова до сих пор были выжжены в моём разуме.
Я верила им, а они, лишив меня воли, заставили совершить самое страшное преступление в империи, после чего с улыбкой отправили на плаху. Теперь, чудом вернувшись во времени в свое восемнадцатилетие, я смотрю в их лживые, улыбающиеся лица, и понимаю одно: моя сестра была абсолютно права — пощады не будет. Только в этой жизни безжалостным палачом стану я.
«От калитки до ворот — все идет наоборот!» — кажется, теперь эта детская дразнилка определяет всю дальнейшую жизнь Сереги Епиходова. Судите сами: Алиса Олеговна внезапно помирилась с бывшим мужем и теперь интригует против него, норовя отобрать все акции. Наиль, который ранее угрожал в открытую, теперь за него в огонь и в воду. Чингиз, который когда-то чуть не прибил еще того Серегу, нынче соратник и бизнес-партнер. И что будет дальше? А тут еще и Пивасик внезапно выдал очень даже странную...
Прошло пять спокойных лет, сын растёт, но над Уэльсом сгущаются тучи, Англия объявляет войну Шотландии, Уэльс пока держится, но надолго ли? Маргарет понимает, что одной ей не справиться, а пять лет назад она упустила возможность всё изменить... Что же делать?
Чтобы закрыть долги прошлого Маргарет нужно найти Джона, но где его искать? И вдруг ей улыбается госпожа удача, которая, как известно "любит смелых"...
Англия, 1801 год. Время изысканных манер, шелеста шелка и... абсолютного женского бесправия. Очнуться в чужом теле, избитой и преданной самыми близкими. Если это и есть второй шанс, то он больше похож на изощренное проклятие. Мое новое имя — леди Катрин Сандерс, урожденная Морган, виконтесса Роксбери. Мой муж — тиран, который считает меня своей вещью. Моя сестра — его любовница, занявшая мое место в доме. Они уверены, что я сломлена и буду молчать. Но они не знают одного: в этом слабом теле...
— Я вернусь и уничтожу вас, — сказала она тогда.
— Уничтожите, — легко согласился Архаров. — Но для этого вам надо вернуться.
***
Внимание! Это второй том единой истории, не разделенной промежуточным финалом.
Кто водится в горах? Котики. Охотники. Контрабандисты. Старатели. И еще куча разного постороннего народа. Например, сотрудники бюро магической статистики. Доехать, снять показания, уехать обратно, повторить. Казалось бы, чего сложного? Но не дают же спокойно работать! Допустим, котикам Элисон все простит, а вот остальные пусть сами выбираются, как хотят. Она никого в горы не тянула, незамужних девушек похищать не заставляла, интриги не плела. Но разве котикам откажешь? ...
Очнулась в теле наивной девицы, сумевшей довести мужа до бешенства и развода, чуть было не подставив его под дуэль.
Ладно бы родители приняли и осознали данность, но нет, папенька потребовал откуп за развод и не абы что, а мебельную фабрику.
Муж вдруг решил развлечься и бросил мне вызов: если я за год не угроблю предприятие, то он перепишет бумаги на моё имя.
Наивный, он не знает, кто теперь в этом прекрасном теле, и не фабрика мне нужна, ой не фабрика…
— … Ты несерьезно, Мир. Это… скажи, что ты шутишь! — Во-первых, не ори, на нас все смотрят. Во-вторых, я, по-твоему, смеюсь? Нет, он не смеется. Даже не улыбается, а продолжает убивать меня своим безразличием, когда я забываю даже о том, как дышать! — Я подаю на развод, Юля. *** «Нам нужно поговорить». Говорят, с этой фразы начинается все самое плохое в твоей жизни, и я с ними согласна. Два года назад мой любимый муж именно так начал свой разговор о нашем внезапно разводе. Он ничего не...