admin

Наши отношения превратились в поезд, несущийся навстречу неминуемому крушению.

Наша песня

Дэни Аткинс

Элли и Шарлотта знают друг друга уже давно – но они никогда не были подругами. Все, что их объединяло, – это чувства к Дэвиду. Для Элли он был первой настоящей любовью, а для Шарлотты стал мужем… Однако время способно залечить любые раны – и Элли тоже обрела собственное счастье. Казалось бы, прошлое осталось далеко позади. Но несчастный случай вновь сводит Элли и Шарлотту. Дэвид оказывается в больнице, в очень тяжелом состоянии. И теперь одной из них предстоит забыть все обиды и принять...

Мой страх напоминал лошадь, которую держали на привязи, и теперь, освободившись, она совсем не собиралась снова дать надеть на себя узду.

Наша песня

Дэни Аткинс

Элли и Шарлотта знают друг друга уже давно – но они никогда не были подругами. Все, что их объединяло, – это чувства к Дэвиду. Для Элли он был первой настоящей любовью, а для Шарлотты стал мужем… Однако время способно залечить любые раны – и Элли тоже обрела собственное счастье. Казалось бы, прошлое осталось далеко позади. Но несчастный случай вновь сводит Элли и Шарлотту. Дэвид оказывается в больнице, в очень тяжелом состоянии. И теперь одной из них предстоит забыть все обиды и принять...

Отношения распадаются двумя путями: или мало-помалу, как вода постепенно подтачивает камень, или яркой вспышкой, как взорвавшаяся комета.

Наша песня

Дэни Аткинс

Элли и Шарлотта знают друг друга уже давно – но они никогда не были подругами. Все, что их объединяло, – это чувства к Дэвиду. Для Элли он был первой настоящей любовью, а для Шарлотты стал мужем… Однако время способно залечить любые раны – и Элли тоже обрела собственное счастье. Казалось бы, прошлое осталось далеко позади. Но несчастный случай вновь сводит Элли и Шарлотту. Дэвид оказывается в больнице, в очень тяжелом состоянии. И теперь одной из них предстоит забыть все обиды и принять...

Близость любимого человека тянула меня вперед, как огромный невидимый магнит.

Наша песня

Дэни Аткинс

Элли и Шарлотта знают друг друга уже давно – но они никогда не были подругами. Все, что их объединяло, – это чувства к Дэвиду. Для Элли он был первой настоящей любовью, а для Шарлотты стал мужем… Однако время способно залечить любые раны – и Элли тоже обрела собственное счастье. Казалось бы, прошлое осталось далеко позади. Но несчастный случай вновь сводит Элли и Шарлотту. Дэвид оказывается в больнице, в очень тяжелом состоянии. И теперь одной из них предстоит забыть все обиды и принять...

Сны коварны.
Когда снится что-то хорошее, например жаркие объятия или куча денег, которую ты должен получить, обязательно проснешься, не успев достигнуть цели, или забредешь в какой-нибудь тупик, если это не одно и то же, – в этом можно не сомневаться.

Когда сорваны маски

Матс Ульссон

Однажды летней ночью Харри проснулся от страшного грохота: десятилетняя девочка Эмма колотила в дверь его дома. Проникнув в дом, она тут же спряталась под кроватью. А Харри услышал за дверью мужские голоса. Так закрутился водоворот событий, в который оказались вовлечены самые разные персонажи: наркоторговцы, байкеры, русский олигарх, семья шведских миллионеров, полицейские и один любознательный редактор. «Когда сорваны маски» – вторая книга из серии детективных романов о Харри Свенссоне. ...

зло часто бродит среди нас, но мы его не замечаем или не обращаем на него внимания, потому что дьявол – господин со средствами и хорошим вкусом.

Когда сорваны маски

Матс Ульссон

Однажды летней ночью Харри проснулся от страшного грохота: десятилетняя девочка Эмма колотила в дверь его дома. Проникнув в дом, она тут же спряталась под кроватью. А Харри услышал за дверью мужские голоса. Так закрутился водоворот событий, в который оказались вовлечены самые разные персонажи: наркоторговцы, байкеры, русский олигарх, семья шведских миллионеров, полицейские и один любознательный редактор. «Когда сорваны маски» – вторая книга из серии детективных романов о Харри Свенссоне. ...

Много думать вообще вредно, мысли нагоняют страх.

Когда сорваны маски

Матс Ульссон

Однажды летней ночью Харри проснулся от страшного грохота: десятилетняя девочка Эмма колотила в дверь его дома. Проникнув в дом, она тут же спряталась под кроватью. А Харри услышал за дверью мужские голоса. Так закрутился водоворот событий, в который оказались вовлечены самые разные персонажи: наркоторговцы, байкеры, русский олигарх, семья шведских миллионеров, полицейские и один любознательный редактор. «Когда сорваны маски» – вторая книга из серии детективных романов о Харри Свенссоне. ...

Добравшись к себе, я вызвал старшину и велел ему направить в нейтральную полосу двух санитаров.
— Пусть возьмут носилки! Я обещал раненому солдату! Санитарам передай! Если раненый в живот к рассвету не будет в санроте, то к ним будут приняты меры.
Потом мне рассказывал старшина, что посланные санитары подошли к раненому, обшарили его и сказали, что не могут взять, потому что пришли без носилок.
— Я послал для проверки Валеева. Он шел сзади них до самой реки. Когда они вернулись с пустыми руками, он повернул их назад. Носилки валялись у переправы.
— Вот товарищ гвардии капитан, какие проходимцы еще встречаются здесь, |на фронте.| Из них запросто нужно сделать пропавших без вести!

Приятно было сознавать, что мы всыпали немцам. У разведчиков всегда чешутся руки. Они охотники до всяких таких необычных дел. Спрашивается! Чем занимаются наши минометчики, которые сидят где-то сзади? |Немцы до пояса в рост по своим траншеям ходят.|
Надо ходить, уговаривать, просить, убеждать:
— Дайте огня!
Разведчики привыкли такие дела делать с налета. Идут где-нибудь мимо огневых позиций минометчиков, часового в сторону, пол-ящика мин пустят в сторону немцев и пошли своей дорогой. Им конечно в спину шлют угрозы, мол, жаловаться будем. "Вам, что лодыри! Подносить мины лень?"
Минометчики стали ящики с минами закапывать в землю. Что они могли сделать? Подойдет, оттолкнет, не будешь стрелять. А потом с этими разведчиками справься. Подойдут и свяжут, если будешь шибко орать. Да ещё клип в рот поглубже засунут. Это не люди, а какая-то сатана!

Война - это как раз то, о чем не говорят, потому что не знают.
Из стрелковых рот, с передовой, вернулись одиночки, их никто не знает, и на телепередачи их не приглашают.
А если кто из них решается что-то сказать о войне, то ему вежливо закрывают рот...