– Если они чего-то не знают, то не могут это что-то использовать против тебя, – сказала она. – Все, что нужно, – это найти среди всех этих неандертальцев одного человека, с которым ты сможешь сдружиться.
Не упасть бы еще ниже. Хотя ниже, кажется, и некуда . Разве что в преисподнюю.
Потом – это ещё не теперь.
Жил себе человек. Любил жену и дочку, во что-то верил. Работал, думал, добивался. Но все это неважно, когда лежишь на дне реки…
И однажды "вторые" станут Первыми...
Опять эта тема про души... До чего тяжело жить с человеком, который верит во всякую ересь. Зато теперь понятно, почему мама то и дело вспоминает об этом Антоне.
Совместный бред объединяет.
Книги не привязаны к людям. Их жизнь не зависит от того, перелистывают ли страницы чьи-то пальцы. Даже рваные и пожелтевшие, они продолжают хранить в себе свою собственную жизнь. Это не мы с ними делимся, а они - с нами. И всегда оставляют за собой право быть прочитанными.
Черт, я понимаю, что это звучит мелко, но что, если особого смысла нет? И в нашей жизни никогда не случится чего-то особенного. Такого, чтобы сказать: да, именно для этого я и живу...Надо просто просыпаться по утрам. Готовить еду. Спускаться в метро. Читать книги, узнавать последние новости. Стареть...и быть с кем-то рядом, потому что тогда не так страшно.
Ох, нет. Не было печали, так черти накачали.
Реальность напомнила о себе быстро и жестоко. Она - не гостья, а пленница. Как ни крути.