Снять корону значит согласиться принимать и любить себя таким, как есть, со всеми слабостями, и пороками, и несовершенствами. Вы должны четко осознать, что будете любить и принимать себя любым, не будете отвергать себя, если вдруг обнаружите в себе какой-то изъян: зависть, ревность, жадность, глупость, слабость, зависимость, злость. Если вы согласны любить себя любым,
вашей самооценке не нужна корона, ей нечего от вас скрывать. Ваших пороков не станет от этого больше, станет меньше иллюзий. А значит, энергия перестанет тратиться зря и локус ваш встанет на место. Вы выиграете много сил и возможностей.
«Механическими людьми» Георгий Гурджиев (1866–1949 гг.) называл людей раздробленных, не имеющих единого центра. С ними все происходит без их ведома, они не живут, а спят. Гурджиев много писал об алхимии, о Делании и противопоставлял делателей таким механическим людям. Когда механический человек пытается руководствоваться умом, он действует по чужим схемам, не слышит свои эмоции. Когда человек пытается слушаться эмоций, он выключает ум и его несет чужой поток.
Женщина с хорошей самооценкой может испытывать грусть, что сказка закончена, но она не устраивает истерику, как пятилетняя девочка в магазине, которой мама сказала, что денег на куклу нет. Нет денег. Увы. Жаль, но что поделаешь? Жизнь продолжается. Будут еще куклы, на которых хватит денег. Особенно если эти деньги заработать.
Человек должен жить среди множества стимулов, искушений, возможностей, кайфов, чужих страстей и привлекательных шансов, и он должен учиться сам владеть своим вниманием, сам направлять его на то, что ему полезно, забирать у того, что лично ему вредит.
Самое главное правило звучит просто: хорошее отношение к себе надо поощрять, плохое пресекать.
Трое посчитали себя оскорбленными вежливым отказом, двое вызвали на дуэль, третьего, как советовал пункт триста двадцать четвертый брошюры, я вызвал сам. В связи с отсутствием перчатки пришлось одолжить у рыцарского доспеха, которых было много в коридорах академии. Но, увы и ах, дуэль не смогла состояться, так как эльф потерял сознание. Мне потом разъяснили, что латные перчатки для вызова бросают под ноги, а не в лицо, и если бросают, то не с такой силой.
Интересно, о чем задумывался создатель, когда создавал мир настолько многогранным? Скорее всего, скукой… все боги страдают этим проклятием.
Зачеты. В одном этом слове слились: головная боль, надежда, раскаяние за неправильно проведенное время, страх, опасение, радость, равнодушие, печаль, злоба и многое-многое другое.
— Алёнка пегаса видела, — тут же сдал меня братец. — Даже попыталась добыть тушу, но сил не хватило.
— Да — а, замечталась девочка! — протянул Василич, задумчиво качнув головой. — И где же результат?
— Результат чего? — с подозрением уставилась я на него. Чувствовалось, что штурман издевается, но пока было непонятно, в чём именно.
— Встречи с пегасом, — терпеливо пояснил он. — Он же, говорят, поэтам вдохновение приносит! Вот я и интересуюсь.
— Василич, не знаю, как с пегасами, но лошадь там точно была, — заступилась за меня тётя Ада. А я, окинув веселящегося штурмана мрачным взглядом, тихо проворчала:
— Штурман наш сидит унылый, не шуткует, не язвит. Подцепил он спьяну бабу, утром понял — трансвестит.
— Алёнушка, вот объясни мне, как в такую стройную изящную девушку вмещается так много сна? — насмешливо поприветствовал меня Василич.
— Я потряхиваю и утрамбовываю, — зевнула я в ответ, прикрыв ладонью рот.