Мои цитаты из книг
Свободен — это не только особое состояние души. Свободен — это слово, выкрикнутое в лицо жизнью, отправляющей тебя на обочину.
Эту книгу заметили еще до публикации. Когда в 2013 году она стала одним из победителей национальной литературной премии «Рукопись года», критики назвали роман «Красные цепи» «урбанистическим триллером в стиле петербургского нуара, в котором сплелись детектив, рыцарские хроники и мистика» и призывали впечатлительного читателя быть осторожнее, «ибо эффект погружения мощный». Впрочем, каждый может сам решить для себя, что перед ним: мистический триллер, конспирологический детектив, роман ужасов — а...
- Смерть придает жизни хоть какую-то осмысленность, хотя бы в качестве подведения итогов.
— А мне кажется, что умирать очень обидно, как выйти из кинотеатра посередине сеанса: фильм еще не закончился, а ты уже ушел.
— Тогда налей мне еще немного, и я выпью за апокалипсис: пусть фильм закончится для всех и сразу.
Эту книгу заметили еще до публикации. Когда в 2013 году она стала одним из победителей национальной литературной премии «Рукопись года», критики назвали роман «Красные цепи» «урбанистическим триллером в стиле петербургского нуара, в котором сплелись детектив, рыцарские хроники и мистика» и призывали впечатлительного читателя быть осторожнее, «ибо эффект погружения мощный». Впрочем, каждый может сам решить для себя, что перед ним: мистический триллер, конспирологический детектив, роман ужасов — а...
Каждому человеку нужно такое место, где можно почувствовать себя дома, и часто в гораздо большей степени, чем там, где мы ужинаем, засыпаем, просыпаемся и уходим, чтобы снова вернуться вечером.
Эту книгу заметили еще до публикации. Когда в 2013 году она стала одним из победителей национальной литературной премии «Рукопись года», критики назвали роман «Красные цепи» «урбанистическим триллером в стиле петербургского нуара, в котором сплелись детектив, рыцарские хроники и мистика» и призывали впечатлительного читателя быть осторожнее, «ибо эффект погружения мощный». Впрочем, каждый может сам решить для себя, что перед ним: мистический триллер, конспирологический детектив, роман ужасов — а...
У каждого человека в душе есть свое, потаенное, скрытое от других место, где хранятся самые личные, самые интимные секреты, переживания, эмоции. В этом отношении человеческая личность подобна средневековой крепости. Вокруг стены — деревянные домишки городища: это те истории и факты из биографии, которые можно легко рассказать при первом же знакомстве. Затем идет первая стена, за ней — более личные, более важные вещи. Есть и вторая, и даже третья стены, а в центре укрепления души — неприступная цитадель, вход в которую заказан порой даже самым близким людям.
Эту книгу заметили еще до публикации. Когда в 2013 году она стала одним из победителей национальной литературной премии «Рукопись года», критики назвали роман «Красные цепи» «урбанистическим триллером в стиле петербургского нуара, в котором сплелись детектив, рыцарские хроники и мистика» и призывали впечатлительного читателя быть осторожнее, «ибо эффект погружения мощный». Впрочем, каждый может сам решить для себя, что перед ним: мистический триллер, конспирологический детектив, роман ужасов — а...
Сейчас можно в любой момент поговорить с любым человеком на любом конце мира - но говорить, как правило, не о чем. Можно прочитать практически любую книгу в виртуальной библиотеке - но мало кому это нужно. Можно через несколько часов оказаться в любой стране - но только для того, чтобы заснять себя на фоне моря или древних храмов, а потом выложить это на всеобщее обозрение в сеть. Очень много средств - но почти нет целей, кроме самых очевидных и материальных. А потом однажды ночью у вас в комнате вдруг сдвинется с места стул - просто так, без всякой причины. Или начнёт зажигаться свет в коридоре. Или дверь в комнату вдруг откроется сама по себе и захлопнется с грохотом. и вы не будете знать что делать, в отличие от ваших невежественных, по вашему убеждению предков...
Эту книгу заметили еще до публикации. Когда в 2013 году она стала одним из победителей национальной литературной премии «Рукопись года», критики назвали роман «Красные цепи» «урбанистическим триллером в стиле петербургского нуара, в котором сплелись детектив, рыцарские хроники и мистика» и призывали впечатлительного читателя быть осторожнее, «ибо эффект погружения мощный». Впрочем, каждый может сам решить для себя, что перед ним: мистический триллер, конспирологический детектив, роман ужасов — а...
Родители стоят между нами и вечностью. Когда они уходят, мы остаемся с вечностью один на один.
Эту книгу заметили еще до публикации. Когда в 2013 году она стала одним из победителей национальной литературной премии «Рукопись года», критики назвали роман «Красные цепи» «урбанистическим триллером в стиле петербургского нуара, в котором сплелись детектив, рыцарские хроники и мистика» и призывали впечатлительного читателя быть осторожнее, «ибо эффект погружения мощный». Впрочем, каждый может сам решить для себя, что перед ним: мистический триллер, конспирологический детектив, роман ужасов — а...
Об абсолютной власти никогда не рассказывают одного: она не абсолютна. Как только ты обретаешь её, кто-ни будь тут же встает в очередь, чтобы её отнять. Принцы могут почивать спокойно, но не короли.
Впервые на русском – новое панорамно-лирическое полотно современного классика Денниса Лихэйна, автора бестселлеров «Таинственная река» и «Остров Проклятых», а также эпоса «Настанет день» – первой в новом веке заявки на пресловутый «великий американский роман» – и его продолжения «Ночь – мой дом». Писатель, которого называли «наследником Джона Стейнбека и Рэймонда Чандлера», решил сыграть на поле «Крестного отца» и «Однажды в Америке» – и выступил очень уверенно. Джо Коглин – сын капитана...
Джо кивнул. Сила - во всяком случае, почти вся сила - Видалии заключалась в том, что муха назвала себя ястребом. И такой силе подвластны лишь те, кто согласиться назвать муху ястребом, кошку - тигром, простого человека - королем.
Впервые на русском – новое панорамно-лирическое полотно современного классика Денниса Лихэйна, автора бестселлеров «Таинственная река» и «Остров Проклятых», а также эпоса «Настанет день» – первой в новом веке заявки на пресловутый «великий американский роман» – и его продолжения «Ночь – мой дом». Писатель, которого называли «наследником Джона Стейнбека и Рэймонда Чандлера», решил сыграть на поле «Крестного отца» и «Однажды в Америке» – и выступил очень уверенно. Джо Коглин – сын капитана...
Океан - кожа мира. И мне кажется, что Бог живет в каплях. Движется вместе с волнами, как пена. Когда я смотрю на океан, то вижу, что Он смотрит на меня.
Впервые на русском – новое панорамно-лирическое полотно современного классика Денниса Лихэйна, автора бестселлеров «Таинственная река» и «Остров Проклятых», а также эпоса «Настанет день» – первой в новом веке заявки на пресловутый «великий американский роман» – и его продолжения «Ночь – мой дом». Писатель, которого называли «наследником Джона Стейнбека и Рэймонда Чандлера», решил сыграть на поле «Крестного отца» и «Однажды в Америке» – и выступил очень уверенно. Джо Коглин – сын капитана...
Не бывает подарков — только отсроченные долги.
Впервые на русском – новое панорамно-лирическое полотно современного классика Денниса Лихэйна, автора бестселлеров «Таинственная река» и «Остров Проклятых», а также эпоса «Настанет день» – первой в новом веке заявки на пресловутый «великий американский роман» – и его продолжения «Ночь – мой дом». Писатель, которого называли «наследником Джона Стейнбека и Рэймонда Чандлера», решил сыграть на поле «Крестного отца» и «Однажды в Америке» – и выступил очень уверенно. Джо Коглин – сын капитана...