admin

«- Я верю в то, что истинно!
- Истина легко меняется в зависимости от того, кто ее излагает, - не глядя на меня произнес он. - И от того, кто слушает.»

Я выяснил, что воевать все-таки легче, чем пытаться понять женщину… Мужчины предпочитают войну.

- Говорят, драконы любят один раз и на всю жизнь, - тихо сказал Линтар. - и умирают без своей пары...

«Для своего народа я стану освободителем, – тихо и равнодушно произнес он. – Я дам им будущее. Надежду. Жизнь. Так какая разница, кем я буду для остальных рас?»

— Хотел спросить… Чего ты хочешь, Ева? Ты сама? А еще… — он запнулся, разозлился, огненные рисунки потемнели до черноты. — А еще... хочешь ли ты быть со мной. И стать… моей женой. Когда-нибудь… Может быть. Я подожду, если тебе нужно время. Потому что без тебя не могу. Жить не могу. Совсем. Но если ты… если прогонишь, уйду. Навсегда.
Я молчала. Не от того, что мне нечего было сказать, а просто, кажется, онемела от тех чувств, что бурлили во мне. Линтар сглотнул, качнулся ко мне, словно хотел схватить, но не стал и снова замер, всматриваясь в глаза. И смотрел при этом так растерянно, что мне захотелось одновременно и плакать и смеяться. Все же, растерянность и этот просительный тон не так вязались с огненным арманцем…
— Ева, скажи хоть что-нибудь!
— Я никогда не видела летающих статуй, — пискнула я. Линтар склонил голову, рассматривая меня.
— Так что ты мне ответишь, дикарка? — его шепот светился солнечным лучом и мягко обнимал лунным светом. Я чуть шевельнулась, совсем забыв про свой альбом, и он вывалился из-под моего локтя. Ойкнув, я присела одновременно с арманцем и замерла, чувствуя, как лицо заливает краска. Потому что мои рисунки разлетелись по каменной брусчатке, и с десятков листов смотрело одно лицо. А оригинал застыл, рассматривая свои многочисленные портреты.
Очень медленно Линтар поднял на меня взгляд и потянул к себе. Его губы застыли около моих губ.
— Это значит «да»? — шепнул он.
— Да…

— Ты веришь тому, что тебе сказали, дикарка, — в его голосе скользнули серые нити усталости.
— Я верю в то, что истинно!
— Истина легко меняется в зависимости от того, кто ее излагает, — не глядя на меня произнес он. — И от того, кто слушает.

«Скука – это пространство, в котором нет места ни смеху, ни слезам. И то, и другое туда привносится по ошибке».(Из записок Анри Ландаля)

Искусство скуки

Алексей Синицын

Мне больно смотреть на свои старые детские фотографии. Потому, что я ничем, совсем ничем не могу помочь тому маленькому мальчику с худенькими ножками, который смотрит на меня с них. А ведь он не просто смотрит на меня, он чего-то от меня ждёт, о чём-то меня спрашивает, потому, что его наивное настоящее пытается, хоть одним глазком, заглянуть в будущее, приоткрыть его и что-то там увидеть. И вот, я теперь и есть его будущее! Но что я могу сказать ему? И именно поэтому я имею полное право не...

Это как ярсагумба, жила себе гусеница, а потом забыла, что она в душе бабочка и стала грибом. Вот тебе и наглядный пример деградирующей реинкарнации.

Искусство скуки

Алексей Синицын

Мне больно смотреть на свои старые детские фотографии. Потому, что я ничем, совсем ничем не могу помочь тому маленькому мальчику с худенькими ножками, который смотрит на меня с них. А ведь он не просто смотрит на меня, он чего-то от меня ждёт, о чём-то меня спрашивает, потому, что его наивное настоящее пытается, хоть одним глазком, заглянуть в будущее, приоткрыть его и что-то там увидеть. И вот, я теперь и есть его будущее! Но что я могу сказать ему? И именно поэтому я имею полное право не...

- Эй-эй! Я тоже мечтаю сделать с ней
что-нибудь нехорошее: правда, в моих
мечтах фигурируют асфальтовый каток
и бетономешалка. Но пока отложим -
это и есть наш консультант.
Знакомьтесь: Катерина.
- Она? - с непередаваемой интонацией
переспросила Саша, глядя на Катьку с
высоты Бахтата.
Вот эта? - с еще более
непередаваемой интонацией повторил
Мишка.
- Нет, ее гусь! - разозлилась я.
-Ты даже не въезжаешь, до какой
степени права... - пробормотала Катька,
весело поглядывая на надменно
созерцающих ее всадников.

Конкурс неприятностей

Илона Волынская, Кирилл Кащеев

Нет, они еще не стали друзьями – Полинка, дочка местного миллионера, однажды решившая покататься на лошадках, Саша, мечтающая стать звездой конкура, и Миша, которому для заветного звания мастера спорта по пятиборью не хватает только навыка верховой езды. Но ребятам придется объединиться, чтобы спасти конную школу от закрытия, а ее четвероногих обитателей – от печальной участи. И тут начнется – подделанные подписи, пропавшие лошади, загоревшаяся конюшня… Словом, помощь консультанта из агентства...

- Я знаю, там мужик крутой! -
уважительно сказал Мишка. - Только
бабки дерет, нам с тобой, Сашка, взять
негде! Это разве что для миллионеров!
Саша вопросительно покосилась на
меня.
- Эй, деньги все-таки у папы, а не у
меня! Правду сказать я не могу, меня
тогда сюда вообще не пустят, а что
наврать на такую сумму, я не знаю!
- Не такие там и ТАКИЕ суммы, - Катька
вдруг расстроилась - аж слезы на глаза
навернулись. - Ну, Севка... - почему-то
злобно пробормотала она.
Хм, опять этот Сева. Реально, вокруг
столько любопытного!

Конкурс неприятностей

Илона Волынская, Кирилл Кащеев

Нет, они еще не стали друзьями – Полинка, дочка местного миллионера, однажды решившая покататься на лошадках, Саша, мечтающая стать звездой конкура, и Миша, которому для заветного звания мастера спорта по пятиборью не хватает только навыка верховой езды. Но ребятам придется объединиться, чтобы спасти конную школу от закрытия, а ее четвероногих обитателей – от печальной участи. И тут начнется – подделанные подписи, пропавшие лошади, загоревшаяся конюшня… Словом, помощь консультанта из агентства...