admin

Только здесь, в космосе, я понял, что звание короля само по себе не дает права на уважение.

Миллион и один день каникул

Евгений Велтистов

В фантастических повестях Е. Велтистова странные, невероятные ситуации сменяют одна другую. С самого начала приняв озорную условность, праздничную фантазийность сюжета, читатель вживается в него и верит всему: и космическим приключениям Альки, Карена и Олега, и похождениям поросенка Дыркорыла и кролика Одноуха, и дневнику программиста Марта Снегова.

«Природа не выделяет ход одного времени по сравнению с другим, – последовал ответ из динамика. – То, что у вас „лево“, у нас – „право“. И наоборот. Между прошлым и будущим не больше различия, чем между левым и правым».

Миллион и один день каникул

Евгений Велтистов

В фантастических повестях Е. Велтистова странные, невероятные ситуации сменяют одна другую. С самого начала приняв озорную условность, праздничную фантазийность сюжета, читатель вживается в него и верит всему: и космическим приключениям Альки, Карена и Олега, и похождениям поросенка Дыркорыла и кролика Одноуха, и дневнику программиста Марта Снегова.

– У каждого человека бывает пустой день, который проходит просто так, уходит незаметно из памяти и из жизни

Миллион и один день каникул

Евгений Велтистов

В фантастических повестях Е. Велтистова странные, невероятные ситуации сменяют одна другую. С самого начала приняв озорную условность, праздничную фантазийность сюжета, читатель вживается в него и верит всему: и космическим приключениям Альки, Карена и Олега, и похождениям поросенка Дыркорыла и кролика Одноуха, и дневнику программиста Марта Снегова.

я, старый звездочет, почувствовал себя просто школьником, когда Вселенная дала нам свой звездный урок

Миллион и один день каникул

Евгений Велтистов

В фантастических повестях Е. Велтистова странные, невероятные ситуации сменяют одна другую. С самого начала приняв озорную условность, праздничную фантазийность сюжета, читатель вживается в него и верит всему: и космическим приключениям Альки, Карена и Олега, и похождениям поросенка Дыркорыла и кролика Одноуха, и дневнику программиста Марта Снегова.

– Это радость, это человеческое счастье – учиться всю жизнь.

Миллион и один день каникул

Евгений Велтистов

В фантастических повестях Е. Велтистова странные, невероятные ситуации сменяют одна другую. С самого начала приняв озорную условность, праздничную фантазийность сюжета, читатель вживается в него и верит всему: и космическим приключениям Альки, Карена и Олега, и похождениям поросенка Дыркорыла и кролика Одноуха, и дневнику программиста Марта Снегова.

мир бесконечен. Главное - посмотреть новое!

Миллион и один день каникул

Евгений Велтистов

В фантастических повестях Е. Велтистова странные, невероятные ситуации сменяют одна другую. С самого начала приняв озорную условность, праздничную фантазийность сюжета, читатель вживается в него и верит всему: и космическим приключениям Альки, Карена и Олега, и похождениям поросенка Дыркорыла и кролика Одноуха, и дневнику программиста Марта Снегова.

Вопрос – еще не открытие.

Миллион и один день каникул

Евгений Велтистов

В фантастических повестях Е. Велтистова странные, невероятные ситуации сменяют одна другую. С самого начала приняв озорную условность, праздничную фантазийность сюжета, читатель вживается в него и верит всему: и космическим приключениям Альки, Карена и Олега, и похождениям поросенка Дыркорыла и кролика Одноуха, и дневнику программиста Марта Снегова.

– Что грядет, знать неинтересно. Да и пользы в том мало. Если плохое – отравишь жизнь страхом, коли хорошее – лишишь выбора. Нет уж, я до грядущего хочу сам дойти. И узнать, когда срок придет.

– Что же ты, служитель, не разобравшись, ведьму защищаешь? – залебезила она. – Знаем о тебе, наслышаны: твой клинок колдовку на версты чует! Так проверь ведьм-то? Успокой честной люд!
– Нет здесь ведьмы, – сквозь зубы процедил Ильмир. – Только злые да завистливые бабы!

– Как же так, Шаисса? – помрачнел он. – Вся эта ворожба черная – от Шайтаса, демонская. Неужто нет никого сильнее его?
– Есть. – Я пригладила мальчишке темный вихор. – Есть, Таир.
– Светлый Атис? – с надеждой спросил он, а Лелька хмыкнула.
– Человек, – вздохнула я.
– Да где же человек сильнее? – округлил глаза парнишка и швырнул сердито свой увядший венок из одуванчиков. – Слабые люди да глупые, вон как плясали под дудку демона на площади! Чуть тебя на костер не отправили! Да и сейчас – прошли мимо беды и не оглянулись!
– Люди любить умеют. А еще прощать и верить, – улыбнулась я. – И это такая сила, что и демон противиться ей не может. Идем, Таир, поймешь еще… Чуть позже, когда старше станешь.