Хотя, если хорошенько подумать, без оригинальных, слегка тронутых личностей некоторые повествования теряют изрядную долю своей привлекательности.
Книжки пишут, чтобы читали и знаний набирались, а не били людей по лицу.
Из простой кружки воды, стоящей тут же, словно повинуясь дробным ударам бубна, вынырнула упитанная ундина. Как она умудрилась это сделать, если ее формы превышали все смелые мужские ожидания, загадка. Дух воды расположилась на краю кружки, невероятно свернувшись в калачик, умудряясь опасно балансировать на емкости и не мести при этом русалочьим хвостом землю, а длинными волосами не касаться прошлогодней листвы. Ундина сунула руку по плечо в кружку, пошарила там, извлекла гребень и принялась расчесывать длинные ярко-голубые локоны.
Панас разулся и прошлепал в горницу по дорожкам ручного плетения. Видно было, что в хозяйстве головы ни одна вещь не выкидывается, если у нее есть шанс обрести вторую жизнь. Вот и половички в доме плелись из отслуживших свой срок вещей, порванных на полосы, оттого получались затейливыми и разноцветными. Зато хорошо впитывали влагу, а истреплются — не жаль выбросить.
Жертвенность всегда вызывает невольное восхищение, если конечно, жертвовать выпадает кому-то другому.
Видно, маги чем-то сродни тараканам. Заведется один - другие непременно набегут.
Скалка - одно из самых грозных женских орудий, перед ней часто пасуют даже отчаянные смельчаки.
... инициатива в большинстве своем имеет инициатора зачастую противоестественным образом.
Иногда уступить хрупкой женщине - самое верное решение.
... народ в порыве снискать благодать божью способен своротить многое.