Такова ирония судьбы, что наши юношеские мечты всегда претворяются в жизнь слишком поздно, когда мы уже чужды всякой романтики.
Дико, но факт, что патриотизм, как и почти все иные благородные порывы, доступнее всего богатым.
Во сне мы самым бесстыдным образом выдаем свои мысли.
Я - слабохарактерный интеллигент, Томми, а мы живем в такие времена, когда подобным людям нет места. Послушайся моего совета, Томми: расти глупым. Сильным, но глупым.
P.S. Держись на пушечный выстрел от армии. Людям в ней не место.
"Черт возьми!" - мысленно выругался Христиан. - Муж этой женщины гниет в тюрьме, а брат мужа жаждет вступить в грязную сделку с немцем, любовником своей невестки. Вот они, прелести французской семейной жизни!"
- Нынешняя война, - говорил он, - это уже не та простая, понятная всем война в рамках одной и той же культуры. Это нападение зверей на дом человека. Я не знаю, что ты видел в Африке и Италии, но знаю, что я видел в России. Мы превратили в кладбище территорию в полторы тысячи километров шириной. Мужчины, женщины, дети, поляки, русские, евреи - мы не делали различия. В наших поступках не осталось ничего человеческого. Так делает только ласка, забравшаяся в курятник. Казалось, мы боимся, что если мы оставим на востоке хоть что-нибудь живое, оно когда-нибудь послужит свидетельством против нас и осудит нас. А теперь, - продолжал Бэр своим низким ровным голосом, - после всего этого мы совершаем последнюю ошибку. Мы проигрываем войну.
Зверя медленно загоняют в угол, и человек готовится подвергнуть его последнему наказанию. А что, ты думаешь, будет с нами? Поверь мне, иногда по ночам я благодарю бога за то, что моя жена и двое детей погибли, и им не придется жить в Германии, когда окончится эта война.
А когда все кончится, они вернутся в свою ожиревшую страну, нагруженные сувенирами: касками убитых немцев, "железными крестами", сорванными с мертвых тел, снимками, сделанными со стен разбитых бомбами домов, фотографиями возлюбленных погибших солдат... Вернутся в страну, не слыхавшую ни единого выстрела, в страну, где никогда не дрожали стены, где не было выбито ни одного стекла в окне...
Ожиревшая страна, нетронутая и неуязвимая...
"Что такое любовь для солдата? Как может солдат повиноваться слову Христову? И я отвечу так: убивай, щадя, скорбя, чувствуя, что совершаешь грех, который является в равной мере и грехом того кто падает от руки твоей...."
Надо оставаться варварами, потому что только варвары всегда одерживают победы.