Расстрелянные люди на Евромайдане – не только лишь сакральные жертвы, но и мученики нового порядка, его строительный материал. Ведь смерть – это всегда начало. Жизни или чего-то ещё. А между ними, если верить буддистам, – состояние бардо. Теперь Украина окажется в нём. И образы, которые ей предстоит увидеть, испытания, которые ей предстоит пройти, будут страшнее, чем те, что описаны в «Тибетской книге мёртвых».
Глядя на его выступления, читая его статьи, я неизменно вспоминал слова англичанина Джулиана Барнса: «Величайший патриотизм – сказать своей стране правду, если она ведёт себя глупо, бесчестно, зло».
Одна из главных нелепостей Украины, как и многих других стран постсоветского пространства, заключается в том, что государство изначально поставило милиционеров, пожарных, медиков, педагогов в чудовищные условия труда. Мало где в мире милиционер получает столько, сколько на Украине. При этом он нещадно, подчас до физической расправы, критикуем и попрекаем. Негативное отношение украинцев к милиции умело использует и провоцирует оппозиция, которая тем самым разжигает ненависть граждан к власти.
Обочина моей дороги гладкая и темная, как поля Библии
Когда я иду по этому миру шаг за шагом, я стараюсь не думать о тревогах. Я ненавижу тревоги.
На этот раз Ланьчжоу встречает меня мертвой свиньей. Она лежит под мостом, серая, раздувшаяся и трагичная.
Сейчас я стою на той отметке, которая раньше служила крайней точкой Китая, и здесь все кажется резким и серым.
это была иллюзия среди огромной пустоты, через которую я несу свои волосы и бороду.
Я не могу поверить: неужто это легендарное место из «Троецарствия» на самом деле существует? И оно здесь, на нашем пути, посреди Северо-Китайской низменности? В голове возникает образ богатырей в военных мундирах, с алебардами, длинными черными бородами и свирепыми лицами. Когда мы сворачиваем на березовую аллею, Чжу Хаи начинает вдохновенный рассказ, и вскоре вся эта развитая народная республика двадцать первого века растворяется, а воздух сгущается от гула копыт, воинственных кликов, звона оружия.
– Пройти десять тысяч ли лучше, чем прочесть десять тысяч книг, – считает он, и эта фраза столь лаконична и верна, что я не удивлен, когда узнаю, что это старинная китайская поговорка.