Как я объясню в главе 10, эти интуитивно очевидные физические требования (что программы должны квантоваться, что каждая должна состоять из конечного числа символов и выполняться последовательно по этапам) гораздо более существенны, чем кажется.
Вот это самое важное. Никто не знает наверняка, какое влияние он оказывает на жизнь других людей. Иногда мы даже не догадываемся, что от наших действий или слов зависят судьбы и жизни других.
Если вы слышите песню, которая заставляет вас плакать, а вы этого больше не хотите, то вы просто выключаете магнитофон. Но вы не можете сбежать от себя. Вы не можете просто взять и выключить себя. Не можете избавиться от роящихся в голове мыслей.
Никто не знает наверняка, какое влияние он оказывает на жизнь других людей. Иногда мы даже не догадываемся, что от наших действий или слов зависят судьбы и жизни других.
«Кто-то из этого не такой, как все. Кто-то просто не из этой песни».
«Взорви себя, — говорили они. — Дай нам увидеть то, что у тебя глубоко внутри, все самое темное».
Мое глубокое и темное?
Вы что, мои гинекологи?
Если вы слышите песню, которая заставляет вас плакать, а вы этого больше не хотите, то вы просто выключаете магнитофон. Но вы не можете сбежать от себя. Вы не можете просто взять и выключить себя. Не можете избавиться от роящихся в голове мыслей.
Иногда у нас просто нет другого выбора, кроме как продолжать жить.
Даже одна маленькая деталь, один случай могут повлиять на всю вашу жизнь.
Если у меня что и осталось, так это память. Лучше бы и ее не было. Если бы я могла все забыть, мы все были бы немного счастливее.