Ф р у Л и н н е. Я приехала сюда искать работы.
Р а н к. Что же, это особенно верное средство от переутомления?
Ф р у Л и н н е. Жить ведь надо, доктор.
Р а н к. Да, как-то принято думать, будто это необходимо.
ХЕЛЬМЕР. Я бы с радостью работал для тебя дни и ночи, Нора… терпел бы горе и нужду ради тебя. Но кто же пожертвует даже для любимого человека своей честью?
НОРА. Сотни тысяч женщин жертвовали.
Вы никогда меня не любили. Вам только нравилось быть в меня влюбленными.
Хельмер. Ты прежде всего жена и мать.
Нора. Я в это больше не верю. Я думаю, что прежде всего я человек, так же как и ты, или, по крайней мере, должна постараться стать человеком. Знаю, что большинство будет на твоей стороне, Торвальд, и что в книгах говорится в этом же роде. Но я не могу больше удовлетворяться тем, что говорит большинство и что говорится в книгах. Мне надо самой подумать об этих вещах и попробовать разобраться в них.
Видите, некоторых людей любишь больше всего на свете, а с другими как-то больше всего хочется бывать.
Кто раз продал себя из-за других, не сделает этого во второй раз.
Н о р а. Естественно, вы будете приходить по-прежнему. Вы же знаете, Торвальд не может обойтись без вас.
Р а н к. А вы?
Н о р а. Ну, и мне всегда ужасно весело с вами, когда вы к нам приходите.
Р а н к. Вот это-то и сбивало меня с толку. Вы для меня загадка. Не раз мне казалось, что вам почти так же приятно мое общество, как и общество Хельмера.
Н о р а. Видите, некоторых людей любишь больше всего на свете, а с другими как-то больше всего хочется бывать.
Работать для себя одной мало радости.
Крогстад . Законы не справляются с побуждениями. Нора . Так плохие, значит, это законы.
ХЕЛЬМЕР. Нора, неужели я навсегда останусь для тебя только чужим?
НОРА. Ах, Торвальд, тогда надо, чтобы совершилось чудо из чудес.
ХЕЛЬМЕР. Скажи какое!
НОРА. Такое, чтобы и ты и я изменились настолько… Нет, Торвальд, я больше не верю в чудеса.
ХЕЛЬМЕР. А я буду верить. Договаривай! Изменились настолько, чтобы?..
НОРА. Чтобы сожительство наше могло стать браком.