— Думаю... Мне нравится то, что не все его книги заканчиваются счастливым концом. Они реалистичны, они как сама жизнь... Счастье — это то, что ищешь, а не то, что легко получить.
— Я люблю тебя, Флора, — произношу я, и не смотря на толпу людей, телохранителей и других членов королевской семьи, у меня чувство, что в мире никого нет кроме нас с ней. Как будто мы вернулись в нашу комнату в Грегорстоуне. Или на болото под звезды. — И да, иногда ты меня с ума сводишь, и нам определенно нужно многое…
"Знаете, как люди становятся богатыми? – спросил Куин. – Они игнорируют тех, кто утверждает, что существует невозможное…"
Слаб все-таки человек, даже если вооружен автоматом.
В России тоже не все гладко было — одна история с беспардонно кинувшим всю страну "Альфа-банком" чего стоит. И ведь никого в итоге не наказали! Офисы "Альфа-банка", конечно, разнесли в щепы и крошку стеклянную, но стало ли кому-нибудь от того хоть сколько-нибудь легче? Ага, щаз!
Если бы да кабы, — завел свою любимую песню Герасим. — Чисто российская манера все обсуждать в сослагательном наклонении. А как доходит до дела…
Сделай доброе дело, и тебе помешают совершить преступление.
- Давай, покончим с этим, - сказал Ярвин. Уна лишь кивнула и куда-то ушла, а вернулась уже с Гундригом. - Друг? Решил последний раз поглумиться надо мной? - Уна попросила меня держать таз. - Это сосуд с колдовской водой, - спокойно поправила сестра и окунула руки в "сосуд". - Держу таз, - произнёс Гундриг одними губами…
Так, Герасим, держи край, а я сейчас буду приклеивать, — распорядился Сеня Баскаков. — Только ещё чуть-чуть здесь подмажу. Да осторожней ты, осторожней. А то свернется. — Авар-рия, — донесся из коридора голос попугая. — Не каркай, рябчик тушеный, — сквозь зубы процедил Герасим. — Ты лучше держи! — прикрикнула на него…
Если бы людям все про себя заранее было известно, жизнь на земле превратилась бы в ад