admin

Джей натянул рубаху и штаны, и после свободы, которую он ощущал, будучи в одной набедренной повязке, ему показалось, что он в кандалах. Он снова превратился в человека с обычными человеческими горестями и перестал быть свободным существом, живущим в лесу как дома.

Земля надежды

Филиппа Грегори

Джей Традескант унаследовал от отца, королевского садовника, уникальную коллекцию растений. Больше всего на свете он хотел продолжать отцовское дело, работать в его чудесном саду. Но разве во время гражданской войны кому-то нужны цветы? Спасаясь от хаоса, жестокости, кровопролития, Джей отправляется в Виргинию. Здесь он находит свою любовь — юная девушка из индейского племени, исконно населяющего эти земли, становится его ангелом-хранителем.

- Иногда бывает очень тяжело пережить смерть отца или матери, - сказала она. - И мы горюем не только потому, что они умерли, а еще и потому, что мы уже больше не чьи-то маленькие дети. Это окончательный этап взросления, становления мужчины или женщины.

Земля надежды

Филиппа Грегори

Джей Традескант унаследовал от отца, королевского садовника, уникальную коллекцию растений. Больше всего на свете он хотел продолжать отцовское дело, работать в его чудесном саду. Но разве во время гражданской войны кому-то нужны цветы? Спасаясь от хаоса, жестокости, кровопролития, Джей отправляется в Виргинию. Здесь он находит свою любовь — юная девушка из индейского племени, исконно населяющего эти земли, становится его ангелом-хранителем.

- У тебя там осталась семья?
- Жена, ребенок, мать и два маленьких брата.
Джон помолчал, оценивая огромность такой потери.
- Ты должен нас ненавидеть, - сказал он. - Всех нас белых, за то, что увезли тебя.
Франсис посмотрел прямо ему в лицо.
- Я не ненавижу вас, - сказал он. - У меня нет времени для ненависти.

Земля надежды

Филиппа Грегори

Джей Традескант унаследовал от отца, королевского садовника, уникальную коллекцию растений. Больше всего на свете он хотел продолжать отцовское дело, работать в его чудесном саду. Но разве во время гражданской войны кому-то нужны цветы? Спасаясь от хаоса, жестокости, кровопролития, Джей отправляется в Виргинию. Здесь он находит свою любовь — юная девушка из индейского племени, исконно населяющего эти земли, становится его ангелом-хранителем.

- А может ли человек вести двойную жизнь? - спросил Хоберт.
Джон задумался ненадолго.
- С честью - навряд ли.

Земля надежды

Филиппа Грегори

Джей Традескант унаследовал от отца, королевского садовника, уникальную коллекцию растений. Больше всего на свете он хотел продолжать отцовское дело, работать в его чудесном саду. Но разве во время гражданской войны кому-то нужны цветы? Спасаясь от хаоса, жестокости, кровопролития, Джей отправляется в Виргинию. Здесь он находит свою любовь — юная девушка из индейского племени, исконно населяющего эти земли, становится его ангелом-хранителем.

Она любила Гвидо, а любовь не спрашивает и старается не думать, как быть, когда все закончится.

<...> Аристотелю удалось поставить на место даже самых заядлых скептиков. Знаете, чтобы доказать существование Бога, он отталкивается от времени. Время вечно. Но оно тем не менее одновременно является и движением. Вперед — будущее, назад — прошлое. Все, что находится в движении, должно приводиться в движение чем-то. Причиной вечного движения может, в свою очередь, быть другое вечное движение и так до бесконечности. Но поскольку до бесконечности так продолжаться не может, то должна существовать некая prеvium mоvens, или начальная движущая сила, которая самая является недвижимой. Это и есть Бог.

Вы хорошо помните статьи законов человеческих, но забываете статьи законов божьих.

Здесь не то, что в океане. Здесь все чужое, все поделено, все разгорожено, все охраняется. Одни только вольные птицы ничьи, летают, кричат вдоль дороги. Но их не поймать. Да можно ли ещё ловить этих птиц? Быть может, и они кому-нибудь принадлежат. Здесь легко умереть от голода и жажды среди водоемов, садов и стад.

Люди... Они так много шумят, курят ужасные сигары, дурно пахнут.

А смерть? Смерть везде одинакова…