Есть правило, идущее от века,
И ты запомни, право же, его:
Чем ниже интеллект у человека,
И чем бедней культура человека,
Тем меркантильней помыслы его!
Она была так хороша собой,
Что все мужчины с жаром каждый раз
Любой каприз, любой ее приказ
Бросались выполнять наперебой.А время шло, тускнел пожар волос,
Она ж не чтила никаких резонов,
И как-то раз, капризно сморщив нос,
Она сказала: - Я хочу пионов!И вдруг удар: никто не встрепенулся,
На божество никто не поднял глаз.
И только муж пробормотал: - Сейчас, -
Пробормотал, а сам не шелохнулся.Легко ли было ей в ее терзаньях,
Ей, так привыкшей всем повелевать?!
Как важно в жизни, помня о желаньях,
Возможностей своих не забывать.
Только для чего готовить мщенье
И катать на скулах желваки?
Если сердце терпит поражение,
Разве тут помогут кулаки?!
Мы решили с тобой дружить,
Пустяками сердец не волнуя.
Мы решили, что надо быть
Выше вздоха и поцелуя...Для чего непременно вздох,
Звезды, встречи... скамья в аллее?
Эти глупые "ах" да "ох"!..
Мы - серьезнее и умнее!Если кто-то порой на танцах
Приглашал тебя в шумный круг,
Я лишь щелкал презрительно пальцем -
Можешь с ним хоть навек остаться.
Что за дело мне? Я же друг!Ну а если с другой девчонкой
Я кружил на вешнем ветру,
Ты, плечами пожав в сторонке,
Говорила потом мне тонко:
- Молодец! Нашел кенгуру!Всех людей насмешил вокруг.-
И, шепнув, добавляла хмуро:
- Заявляю тебе, как друг:
Не танцуй больше с этой дурой!Мы дружили с тобой всерьез!
А влюбленность и сердца звон...
Да для нас подобный вопрос
Просто-напросто был смешон!Как-то в сумрак, когда закат
От бульваров ушел к вокзалу,
Ты, прильнув ко мне, вдруг сказала:
- Что-то очень прохладно стало,
Ты меня обними... как брат...И, обняв, я сказал ликуя,
Слыша сердца набатный стук:
- Я тебя сейчас поцелую!
Поцелую тебя... как друг...Целовал я тебя до утра,
А потом и ты целовала
И, целуя, все повторяла:
-Это я тебя, как сестра...Улыбаясь, десятки звезд
Тихо гасли на небосводе.
Мы решили дружить всерьез.
Разве плохо у нас выходит?Кто и в чем помешает нам?
Ведь нигде же не говорится,
Что надежным, большим друзьям
Запрещается пожениться?И отныне я так считаю:
Все влюбленности - ерунда.
Вот серьезная дружба - да!
Я по опыту это знаю...
"Сегодня поздно ворошить былое,
Не знаю, так или не так я жил,
Не мне судить о том, чего я стою,
Но я тебя действительно любил. "
— Ерунда, — сказал Дед Мороз. — Есть оружие помощнее, чем все тепловые пушки и морозильные посохи.
— И что это за оружие? — заинтересовался Пряжкин.
— Дружба. Мы бы ни за что не победили, если бы не помогали друг другу.
Контрразведка — это схватка интеллектов, а не тушение рыбы динамитом.
— Хирал! Хирал!
Даже звук этого имени переворачивал его душу. Хирал… Это имя звучало как удар копья о щит, рассыпающий металлические отголоски по полю боя, в которое превратилось его сердце. Это имя родилось на наковальне древних богов. Хирал.. . Оно напоминало ему яростные волны, разбивающиеся о песчаный берег Индийского океана, ветер, со свистом носящийся в ущельях Афганистана, грохот лавины. И все это была его Хирал, женщина, которую он даже не надеялся подчинить себе.
Все желали, чтобы она умерла. Вдовам не было места в Аунраи. Потеряв мужа, женщина становилась парией, к ней относились даже хуже, чем к неприкасаемым. Она была вынуждена брить голову, носить нищенские лохмотья, питаться отбросами и жить, как животное. Нет, жители Аунраи не потерпят такого позора! Шарви должна обратиться в пепел!
Одного звали Агнипарва, Сверкающий, как огонь, второго — Ракеш, Повелитель полной Луны. К сожалению, столь пышные имена не гарантировали детям процветания в будущем. Они родились в одной из низших каст и навечно в ней останутся, пути «наверх» боги для них не предусмотрели.