Инга Ломарк обращалась к ученикам на "вы" начиная с девятого класса. Эта привычка осталась у неё с гэдээровских времён, тогда школьников в этом возрасте торжественно принимали в члены общества, вручали книгу "Вселенная. Земля. Человек" и социалистический букет гвоздик.
Когда-то Георгий Чулков написал: «Страшное пришло на смену скучного».
Сейчас опять страшное идет скучному на смену.
Я могу сказать только одно: создайте себе круг влиятельных друзей, и вы станете большим человеком. Лучше, если у вас в каждом кармане будет по партийному билету, и все от разных партий. Рука руку моет, и если вы окажетесь в дерьме, то всегда найдется друг, который вас оттуда вытащит. Без друзей вы - жалкая сосиска и будете проглочены первой пробегающей мимо собакой.
Если бы были посланы все шесть, заявил он [Вильсон] с той великолепной неспособностью признавать ошибки, которая потом сделала его фельдмаршалом, то «это отступление было бы наступлением, а поражение — победой».
В Германии перефразировали принцип Рузвельта в международных делах — «говори мягко, но держи большую дубину» на тевтонский вариант: «Ори и имей наготове большую пушку».
В ответ Жоффр произнес одну из своих кратких и загадочных фраз: «Не будем говорить об этом». Имел ли он в виду «Вы не правы и поэтому молчите» или «Мы не правы, но не признаемся» — понять было невозможно
Англичане одели своих солдат в хаки после бурской войны, а немцы собирались сменить синий цвет прусского мундира на защитный серый. Однако в 1912 году французские солдаты все еще продолжали носить те же голубые шинели, красные кепи и красные рейтузы, как и в 1830 году, когда дальность ружейного огня не превышала двухсот шагов и когда армии, сходившиеся на близкие дистанции, не испытывали необходимости в маскировке.
Для английского кабинета самый трудный и тяжелый момент наступает тогда, когда требуется принять быстрое, четкое и твердое решение.
...Фридрих Великий говорил: «Лучше потерять провинцию, чем допустить разделение войск, необходимых для победы», и ничто так не утешает военные умы, как принципы великого, хотя и мертвого полководца.
Он [Мольтке-младший] согласился занять свой пост лишь при условии, что кайзер откажется от своей привычки побеждать во всех военных играх, практически лишая маневры всякого смысла. Удивительно, но кайзер покорно повиновался.