К слову, в книге есть презанятнейшая сцена, где герой взбирается по отвесной стене башни, чтобы переговорить с героиней… очень, по-моему, романтично. Не желаете повторить?— Нет.— Жаль. А придется.
Долг - дело, конечно, хорошее, но одними долгами жив не будешь.
И вдруг оказалась в одиночестве, а одиночество опасно тем, что не каждый способен вынести встречу с собой.
– Все-таки есть в заговорах нечто романтическое. – Инголф раскрыл руки навстречу ветру. – Я прямо вижу себя…
– …на плахе.
– Больное у вас воображение, молодой человек.
– Ага. – Олаф зажал ленту между большим и указательным пальцем. – Мой доктор тоже так говорит…
любовь к живому человеку - вообще штука неудобная, особенно, когда этот человек от тебя отличается. И чем сильнее отличается, тем неудобней. Отсюда и это желание переделать… вроде, так оно лучше будет… знаешь, часто мерзкие вещи вершат из благих намерений.
...только представь, как ты будешь смотреться верхом. — Дура дурой. И на лошади.
«...когда ты теряешь одного из родителей, то становишься членом специального клуба, участники которого испытали это особое чувство, которое другим до конца не понять.»
Купите щенка, и вы приобретете самую преданную любовь на свете. Редьярд Киплинг
В голове Нельсона была история, которую рассказывали несметное количество связанных между собой запахов. Он раскопал эту историю, исследуя траву в саду Кэти. Это была история созданий, больших и маленьких, которые тысячелетиями жили на этих землях. Это была история о воде, падающей с неба и заставляющей произрастать траву и цветы. Это была красивая и порой грустная история, которая снилась Нельсону каждую ночь и пополнялась каждое утро.
Порой Кэти размышляла о том, насколько важен для маленького животного этот установленный порядок в семье. Ведь множество других человеческих беспокойств, таких как амбиции, спешка, самомнение, были попросту чужды собакам.