Мои цитаты из книг
Там, где является сомнение в могуществе богов, колеблется и вера в них.
Во второй том собрания сочинений выдающегося писателя-фантаста А. Р. Беляева вошли романы и повести, вышедшие в переломный момент советской истории — 1928–1930 гг. Наряду со ставшими классикой отечественной приключенческой научной фантастики романами «Вечный хлеб», «Золотая гора», «Продавец воздуха», «Человек, потерявший лицо» и «Подводные земледельцы», в этот том включен также роман-буфф «Борьба в эфире», повествующий о войне Советской Европы и США, на долгие годы запрещенный отечественной...
Не надо быть фаталистом, чтобы понимать такой простой факт, что обстоятельства иногда сильнее нас.
Во второй том собрания сочинений выдающегося писателя-фантаста А. Р. Беляева вошли романы и повести, вышедшие в переломный момент советской истории — 1928–1930 гг. Наряду со ставшими классикой отечественной приключенческой научной фантастики романами «Вечный хлеб», «Золотая гора», «Продавец воздуха», «Человек, потерявший лицо» и «Подводные земледельцы», в этот том включен также роман-буфф «Борьба в эфире», повествующий о войне Советской Европы и США, на долгие годы запрещенный отечественной...
— А вы еще не потеряли веру в возмездие? — иронически спросил Бэйли. — Да, с этой иллюзией, говорят, легче живется.
Во второй том собрания сочинений выдающегося писателя-фантаста А. Р. Беляева вошли романы и повести, вышедшие в переломный момент советской истории — 1928–1930 гг. Наряду со ставшими классикой отечественной приключенческой научной фантастики романами «Вечный хлеб», «Золотая гора», «Продавец воздуха», «Человек, потерявший лицо» и «Подводные земледельцы», в этот том включен также роман-буфф «Борьба в эфире», повествующий о войне Советской Европы и США, на долгие годы запрещенный отечественной...
Но деревья принуждены и умирать там, где они родились;
Во второй том собрания сочинений выдающегося писателя-фантаста А. Р. Беляева вошли романы и повести, вышедшие в переломный момент советской истории — 1928–1930 гг. Наряду со ставшими классикой отечественной приключенческой научной фантастики романами «Вечный хлеб», «Золотая гора», «Продавец воздуха», «Человек, потерявший лицо» и «Подводные земледельцы», в этот том включен также роман-буфф «Борьба в эфире», повествующий о войне Советской Европы и США, на долгие годы запрещенный отечественной...
Есть вещи, о которых трудно говорить. Но бывают обстоятельства, когда нельзя больше молчать. Приходится говорить обо всем, как бы трудно это ни было.
Во второй том собрания сочинений выдающегося писателя-фантаста А. Р. Беляева вошли романы и повести, вышедшие в переломный момент советской истории — 1928–1930 гг. Наряду со ставшими классикой отечественной приключенческой научной фантастики романами «Вечный хлеб», «Золотая гора», «Продавец воздуха», «Человек, потерявший лицо» и «Подводные земледельцы», в этот том включен также роман-буфф «Борьба в эфире», повествующий о войне Советской Европы и США, на долгие годы запрещенный отечественной...
Его идеалом было ничего не делать, много есть и жиреть.
Во второй том собрания сочинений выдающегося писателя-фантаста А. Р. Беляева вошли романы и повести, вышедшие в переломный момент советской истории — 1928–1930 гг. Наряду со ставшими классикой отечественной приключенческой научной фантастики романами «Вечный хлеб», «Золотая гора», «Продавец воздуха», «Человек, потерявший лицо» и «Подводные земледельцы», в этот том включен также роман-буфф «Борьба в эфире», повествующий о войне Советской Европы и США, на долгие годы запрещенный отечественной...
Не надо ходить на зверя, когда стрелить не умеесь. Стрелить не умеесь — ворона обидит.
Во второй том собрания сочинений выдающегося писателя-фантаста А. Р. Беляева вошли романы и повести, вышедшие в переломный момент советской истории — 1928–1930 гг. Наряду со ставшими классикой отечественной приключенческой научной фантастики романами «Вечный хлеб», «Золотая гора», «Продавец воздуха», «Человек, потерявший лицо» и «Подводные земледельцы», в этот том включен также роман-буфф «Борьба в эфире», повествующий о войне Советской Европы и США, на долгие годы запрещенный отечественной...
Узоры, образы, геометрия. Природа и вселенная словно танцевали на грани безбрежного хаоса, спасаясь границами фракталов; мириады алгоритмических протоколов пронизывали окружающий мир с его бесчисленными взаимодействиями. А все-таки это было красиво – до чего же красиво!
Вторая книга фантастической саги от автора знаменитого «Гипериона»…
Научная фантастика, основанная на «Илиаде» Гомера…
Книга, которую журнал «Locus» назвал «миром абсолютно живых персонажей, действия, страсти и интеллекта», а журнал «Interzone» — «удивительным исследованием тем отваги, дружбы, долга и смерти в судьбах профессиональных героев».
Лучше же всего об этом удивительном эпосе сказал Дин Кунц: «Дэн Симмонс просто великолепен!»
Книги, как понял бедняга, превозмогая Ниагарский водопад мучений, – всего лишь элементы практически бесконечной информативной матрицы, существующей в четырех измерениях и стремящейся постичь идею концепции приблизительной тени Истины – как вертикально, сквозь Время, так и горизонтально, посредством Знания.
Вторая книга фантастической саги от автора знаменитого «Гипериона»…
Научная фантастика, основанная на «Илиаде» Гомера…
Книга, которую журнал «Locus» назвал «миром абсолютно живых персонажей, действия, страсти и интеллекта», а журнал «Interzone» — «удивительным исследованием тем отваги, дружбы, долга и смерти в судьбах профессиональных героев».
Лучше же всего об этом удивительном эпосе сказал Дин Кунц: «Дэн Симмонс просто великолепен!»
Мы становимся пожилыми, когда перестаем надеяться в будущем на что-нибудь приятное.
Англия между двумя Мировыми войнами. Сущий рай благоденствия и процветания, разумного, просвещенного консерватизма и разумного, просвещенного интеллектуального либерализма? Или — гнилое болото, в котором гибнут все нормальные человеческие существа, где человек, не похожий на других, обречен стать предметом насмешек, а высокие идеалы давно превратились в фикцию? Олдингтон смеется над тем, что видит и описывает. Но, как и в «Смерти героя», смех pro превращается в злой и горький...