Но когда с кем-то говоришь, квартира не кажется такой неприютной, даже если твой собеседник ты сама
– А-а… – Юлька подошла к буфету, извлекла бутылку мартини и лихо выпила полстакана. Затем повертела его в руках и констатировала: – Полное дерьмо… – Мартини? – удивилась я. – Нет. Жизнь.
Это только в книгах герой не умирает, пока его история не рассказана до конца, а в жизни конец может настать в самой середине рассказа или ближе к началу, где-то на двадцать первой странице.
– Да… – пропел он и почесал за ухом, чем очень напомнил дворовую собаку, я присмотрелась к нему получше и решила, что сегодня, пожалуй, не умру.
Я открыла окно, а умные мысли оставила при себе.
Все эти годы я мечтала о свободе, теперь она у меня есть, а я понятия не имею, что с ней делать.
- Ты чего такая пуганая? - В детстве часто роняли.
Ты улыбалась, шутила и вдруг свернулась, точно еж, выставив все иголки.
- Гошка, у тебя отмычки есть? - спросила я. - Какие? - Обыкновенные, замки открывать. - Что я, домушник, что ли? - обиделся он. - А еще бандит, - съязвила Сонька. - Паршивых отмычек не имеет. - А достать можешь? - не теряла я надежды. - А чего надо-то? - стал злиться Гоша. - Надо в квартиру войти. - Что значит "войти"? За…
Быть может, тех людей, которых объединяет общая идея – неважно, какая, – безумие касается в меньшей степени?