Мои цитаты из книг
admin
добавил цитату
из книги
«Армия за колючей проволокой. Дневник немецкого военнопленного в России 1915-1918 гг.»
7 лет назад
У нас на всех одна пилотка, верно? Те круглые штучки, которые даже самое умное лицо превращают в глупое и идиотское. Мы и должны выглядеть по-мужицки, по-идиотски. Вот в чем дело! Мы должны быть массой, безликой, совершенно одинаковой благодаря этим чепчикам! Только господа должны выглядеть прилично: унтер-офицер, вахмистр, офицер! Да, они должны носить фуражки, они должны полностью отличаться от нас!
Автору этой книги, впоследствии известному немецкому писателю, было всего семнадцать, когда в разгар Первой мировой войны он попал в плен к русским. В сибирских лагерях юноша четыре года тайком вел дневник, который лег в основу этого произведения. Книга содержит записки 1915–1918 годов. В них не рассказывается ни о битвах, ни о героических деяниях, а повествуется о «задворках» войны, где бесславно, без сообщений в победных реляциях, гибли люди.
admin
добавил цитату
из книги
«Армия за колючей проволокой. Дневник немецкого военнопленного в России 1915-1918 гг.»
7 лет назад
«Без мыла, мочалки и прочих затей – русская баня все равно чародей!»
Автору этой книги, впоследствии известному немецкому писателю, было всего семнадцать, когда в разгар Первой мировой войны он попал в плен к русским. В сибирских лагерях юноша четыре года тайком вел дневник, который лег в основу этого произведения. Книга содержит записки 1915–1918 годов. В них не рассказывается ни о битвах, ни о героических деяниях, а повествуется о «задворках» войны, где бесславно, без сообщений в победных реляциях, гибли люди.
admin
добавил цитату
из книги
«Армия за колючей проволокой. Дневник немецкого военнопленного в России 1915-1918 гг.»
7 лет назад
– С войной дело обстоит как с обманом. При обмане нельзя попадаться, войну нельзя проигрывать. Если это удается, все хорошо и приносит пользу… Но если все идет вкривь и вкось, все хвастаются, пока все не лопнет…
Автору этой книги, впоследствии известному немецкому писателю, было всего семнадцать, когда в разгар Первой мировой войны он попал в плен к русским. В сибирских лагерях юноша четыре года тайком вел дневник, который лег в основу этого произведения. Книга содержит записки 1915–1918 годов. В них не рассказывается ни о битвах, ни о героических деяниях, а повествуется о «задворках» войны, где бесславно, без сообщений в победных реляциях, гибли люди.
admin
добавил цитату
из книги
«Армия за колючей проволокой. Дневник немецкого военнопленного в России 1915-1918 гг.»
7 лет назад
На крышке его рукой написано: «Мы желаем создать идеальное отечество и жизнь свою ценить меньше, нежели наши идеи!»
Автору этой книги, впоследствии известному немецкому писателю, было всего семнадцать, когда в разгар Первой мировой войны он попал в плен к русским. В сибирских лагерях юноша четыре года тайком вел дневник, который лег в основу этого произведения. Книга содержит записки 1915–1918 годов. В них не рассказывается ни о битвах, ни о героических деяниях, а повествуется о «задворках» войны, где бесславно, без сообщений в победных реляциях, гибли люди.
admin
добавил цитату
из книги
«Армия за колючей проволокой. Дневник немецкого военнопленного в России 1915-1918 гг.»
7 лет назад
Животное – ценно, животное может работать, в случае необходимости его можно забить, животное, если все хорошо, нужно кормить. Военнопленный – менее ценен, нежели скот…
Автору этой книги, впоследствии известному немецкому писателю, было всего семнадцать, когда в разгар Первой мировой войны он попал в плен к русским. В сибирских лагерях юноша четыре года тайком вел дневник, который лег в основу этого произведения. Книга содержит записки 1915–1918 годов. В них не рассказывается ни о битвах, ни о героических деяниях, а повествуется о «задворках» войны, где бесславно, без сообщений в победных реляциях, гибли люди.
Семь дроздов ударились оземь и в тот же миг превратились в высоких, укутанных в черное существ ростом не менее восьми или даже девяти футов. Кожа – белая-белая, будто у покойников. Они были жилистыми, с сильными руками, оканчивающимися четырьмя длинными, как клещи, пальцами. На их ногах чернели остроносые сапоги, а одеяния блестели и переливались бархатом. Плащи смыкались на плечах, на головы некоторых были натянуты глубокие капюшоны, но наиболее ужасающим было то, что скрывалось под ними. Это скорее походило на старые фарфоровые маски, чем на живых существ. Глаза бывших птиц представляли собой две продольные черные прорези, из центра которых отходили такие же, только вниз, к серединам скул. Губ не было и в помине, зато из сизых десен выглядывали длинные клыки, а контуры рта изошли ломаными трещинами и жуткими разрывами, отчего создавалось впечатление, что всякий раз, когда спригганы широко открывают свои пасти, их лица трескаются и надламываются. Там, где у любого другого существа должен находиться нос, лишь немного из-под кожи выступал вытянутый бугорок. На затылках поперек головы, продетые в петли из кожи, пересекались длинные черные перья – все, что осталось у спригганов от дроздов.
Нелегкие испытания выпали на долю охотника за сокровищами гнома Дори Рубина, бывшего сотника Логнира Арвеста и благородного графа Ильдиара де Нота. Когда на Город Без Лета обрушились орды гоблинов, на его защиту плечом к плечу с людьми встали гномы, вампиры и оборотни. Настал день великой битвы…
Не было ни Зимнего дворца, уже однажды, месяц назад, виденного поручиком воочию, вообще не было ничегошеньки из творений рук человеческих!
Герои «выплывают» из прошлого, а Петербурга — нет!.. Тунгусский метеорит упал не в том месте. Там, где сияли дворцы, — зияет зона «соседей», знакомых читателям по роману «Завороженные». Команда смелых стартует в «неправильное» будущее, чтобы вернуть волны времени в широкое русло славной русской истории. Городу Санкт-Петербургу быть на своем месте.
Книга печатается в авторской редакции.
Враги всегда мечтают, как бы напасть на нашу страну, уничтожить наших защитников - армию и флот, отнять наши земли, фабрики и заводы, посадить нам на шею капиталистов и помещиков, чтобы весь советский народ работал на них, чтобы опять вернулись в нашу прекрасную страну нищета, безработица, голод, холод, унижение, рабство...
Увлекательный приключенческий роман с элементами детектива о тайнах океанов и тайнах незримой войны.
Подводная лодка "Пионер", конструкция и маршрут которой глубоко засекречены, неожиданно подбирает на льдине мальчика. Была ли судьба, жизнь или смерть советского мальчика тем «крайним случаем», который предусматривала инструкция высшего командования? И кто из экипажа передает координаты измененного маршрута врагу?
Рисунки А. ВАСИНА и Б. МАРКЕВИЧА
Оформление С. ПОЖАРСКОГО
Надо и про воздух и про весь мир знать все, что только можно...
Увлекательный приключенческий роман с элементами детектива о тайнах океанов и тайнах незримой войны.
Подводная лодка "Пионер", конструкция и маршрут которой глубоко засекречены, неожиданно подбирает на льдине мальчика. Была ли судьба, жизнь или смерть советского мальчика тем «крайним случаем», который предусматривала инструкция высшего командования? И кто из экипажа передает координаты измененного маршрута врагу?
Рисунки А. ВАСИНА и Б. МАРКЕВИЧА
Оформление С. ПОЖАРСКОГО
Раздался пронзительный, полный ужаса крик Павлика:
– Игла!..
Это был первый звук человеческого голоса, вырвавшийся за всю эту полуминутную ужасную борьбу…
Нога Павлика вырвалась из-под плеча Горелова и с силой, которой трудно было ожидать, ударила по руке, и рука отлетела, прежде чем игла успела коснуться шва. Но обратно нога уже не вернулась: одним движением плеча Горелов сбросил с себя потерявшего равновесие мальчика, и тот кубарем, увлекаемый своим винтом, ринулся глубоко вниз, где столкнулся с еще не пришедшим в себя Маратом. Близко, совсем близко возле них, тихо колеблемое струями взволнованной воды, покачивалось закованное в скафандр тело лейтенанта.
– Насмерть, гадюка?! – взревел в неописуемой ярости Скворешня.
Увлекательный приключенческий роман с элементами детектива о тайнах океанов и тайнах незримой войны.
Подводная лодка "Пионер", конструкция и маршрут которой глубоко засекречены, неожиданно подбирает на льдине мальчика. Была ли судьба, жизнь или смерть советского мальчика тем «крайним случаем», который предусматривала инструкция высшего командования? И кто из экипажа передает координаты измененного маршрута врагу?
Рисунки А. ВАСИНА и Б. МАРКЕВИЧА
Оформление С. ПОЖАРСКОГО