Чтение - это общение, а круг нашего общения и делает нас тем, чем мы являемся. Вот представь себе, что ты по жизни шофёр-дальнобойщик. Книги, которые ты читаешь, – как попутчики, которых ты берёшь в кабину. Будешь возить культурных и глубоких людей – наберёшься от них ума. Будешь возить дураков – сам станешь дураком. Пробавляться детективчиками – это… Это как подвозить малограмотную проститутку минета ради.
Мне от людей вообще ничего не нужно, кроме любви и денег.
жила Россия своим умом тысячу лет, и неплохо выходило, достаточно на карту мира посмотреть.
Это как... вылупиться из яйца... – назад не влупишься
Когда человек ищет, чем подтвердить свои параноидальные идеи, он всегда находит.
В любви начисто отсутствовал смысл. Но зато она придавала смысл всему остальному.
Ценность книги определяется не тем, сколько человек ее прочтет.У величайших книг мало читателей, потому что их чтение требует усилия. Но именно из-за этого усилия и рождается эстетический эффект. Литературный фаст-фуд никогда не подарит тебе ничего подобного.
Находясь в жопе, ты можешь сделать две вещи. Во-первых - постараться понять, почему ты в ней находишься. Во-вторых - вылезти оттуда... Вылезти из жопы надо всего один раз, и после этого про нее можно забыть. А чтобы понять, почему ты в ней находишься, нужна вся жизнь. Которую ты в ней и проведешь.
- Действительно ли тенденция к отрицанию объективной реальности имеет в своей основе сексуальную депривацию?
- А?
- Согласны ли вы, что мир считают иллюзией те, у кого проблемы с сексом? Только сексуально закомплексованные лузеры прячутся от живительного шума рынка в мистику и обскурантизм.
- Тем, кто это говорит, следует сделать то, что им всегда тайно хотелось - трахнуть себя в задницу: когда они займутся тем, в чем понимают, они перестанут рассуждать о том, чего не понимают. У свиньи так устроена шея, что она не может смотреть в небо. Но из этого вовсе не следует, что небо - сексуальный невроз.
В большинстве случаев, если ты что-то понял, ты уже никогда не сумеешь понять этого снова, именно потому, что ты все как бы уже знаешь. А в истине нет ничего такого, что можно понять раз и навсегда. Поскольку мы видим ее не глазами, а умом, мы говорим «я понимаю». Но когда мы думаем, что мы ее поняли, мы ее уже потеряли. Чтобы обладать истиной, надо ее постоянно видеть — или, другими словами, понимать вновь и вновь, секунда за секундой, непрерывно.