Иногда мы скучаем, но скука - хороший противовес страху.
.. существует теория, что страдания облагораживают людей, делают их сильнее и, чтобы шагнуть вперед, мы должны пройти курс огнем.
В пустом доме может быть так же одиноко, как в переполненном отеле.
Красивая женщина - это вам не автомобильная шина, она не сносится. Чем больше она в ходу, тем мягче катится.
Брежневу мой дядя посылал анонимные записки. Он писал их в сберегательной кассе фиолетовыми чернилами. К тому же левой рукой и печатными буквами. Записки были короткие. Например:
«Куда ведешь Россию, монстр?» и подпись:
«Генерал Свиридов».
Или:
«БАМ — это фикция!»
И подпись:
«Генерал Колюжный».
Иногда он пользовался художественной формой:
«Твои брови жаждут крови!»
И подпись:
«Генерал Нечипоренко»…
Мне вспоминается такая история. Шли мы с приятелем из бани.
Останавливает нас милиционер. Мы насторожились, спрашиваем:
— В чем дело?
А он говорит:
— Вы не помните, когда были изданы «Четки» Ахматовой?
— В тысяча девятьсот четырнадцатом году. Издательство «Гиперборей», Санкт-Петербург.
— Спасибо. Можете идти.
— Куда? — спрашиваем.
— Куда хотите, — отвечает. — Вы свободны…
Творческих профессий вообще надо избегать. Не можешь избежать, тогда другой вопрос. Тогда просто выхода нет. Значит, не ты ее выбрал, а она тебя...
- Я отблагодарю тебя, - сказал мой дядя, - я завещаю тебе сочинения
Ленина. Отнеси их в макулатуру и поменяй на "Буратино"... Но сначала задуши
меня.
Еще до войны мой дядя решил поступить в университет и стать философом. Решение вполне естественное для человека, не имеющего конкретной цели. Все люди с неясными туманным ощущением жизни мечтают заниматься философией.
Я думаю, она была прирожденным корректором. У неё, если можно так выразиться, было этическое чувство правописания. Она, например, говорила про кого-то:
- Знаешь, он из тех, кто пишет "вообще" через дефис...
Что означало крайнюю меру нравственного падения.
О человеке же пустом, легкомысленном, но симпатичном говорилось:
- Так, старушонка через "ё"... "