admin

- Дело в том, что все мы зависим друг от друга, - сказал он. - Убери любого из нас, и каждый сразу станет слабее. А вместе мы можем горы свернуть, и нет для нас ничего невозможного.

Мысли, как и призраки, во тьме становятся сильнее.

– Мы тогда еще нашли в подземелье окурок сигареты, верно? – вступила в разговор Холли.
– Ага, – кивнул Джордж. – «Персидский свет». Очень редкая и дорогая марка.
– Эй! – воскликнула я. – Когда я зашла в ту комнату, Джонсон как раз курил сигарету.
– Какую? – моментально вскинулся Джордж. – «Персидский свет»?
– Я не знаю.
– Ох, Люси, – ударил он себя кулаком по ладони. – Такую возможность прошляпила. Но запах дыма-то ты почувствовала? У этих сигарет очень своеобразный аромат, они пахнут подгоревшим хлебом и карамелью.
– Прости, но у меня как-то не случилось времени принюхиваться к дыму его сигарет, Джордж. Я была слишком занята тем, чтобы меня там не убили.

– Порядок, я раздобыл для вас комнаты.
– Отлично… Погоди, а почему только два ключа? – спросил Локвуд.
– Так у нас в гостинице всего два номера. Один ключ от каждой комнаты, что непонятного?
Мы задумчиво уставились на Дэнни и, полагаю, подумали примерно об одном и том же.
– Но нас пятеро, – терпеливо, как с психом, заговорил Локвуд. – У каждого из нас свои потребности, привычки, свой распорядок дня, и вообще… В вашей… гостинице есть еще комнаты?
– Есть. Две. В них живем я, мой папа и сумасшедший папин папа. И у папиного папы такие потребности и привычки, что лучше держаться от него подальше, можете мне поверить. Правда, есть еще чулан на кухне, но очень сырой, с крысами и с призраком, который болтается у нас на первом этаже. А теперь выше нос! У вас будет пять кроватей! Ну, точнее, четыре, но одна из них двуспальная. Вот ключ от комнаты с этой кроватью. Там же у стены есть раскладушка. А вот ключ от второй комнаты, в ней всего две кровати. По-моему, все прекрасно. Идите размещайтесь, а потом спускайтесь в бар, там и увидимся.
С этими словами Дэнни исчез, а мы застыли в тяжелом молчании. Я скользнула взглядом по мрачным лицам своих спутников, по их вещам. Вот аккуратненький дорожный чемодан Холли, наверняка набитый доверху всевозможными кремами и лосьонами. Подозрительно тощий рюкзак Джорджа, в котором вряд ли нашлось место для смены белья. А еще есть костлявый, словно состоящий из одних острых углов Киппс, от которого не знаешь чего ожидать, и Локвуд. С кем из них ни поселись, проблем не избежать.
Судя по выражению лиц, подобные вычисления лихорадочно вели и все остальные члены нашей дружной команды.
– Люси?.. – начала Холли.
– Ты просто слегка меня опередила. Считай, что я согласна.
– В таком случае, – сказала Холли, забирая у Локвуда один из ключей, – мы забираем комнату с двумя кроватями, а вы, мальчики, заселяйтесь в другой… «люкс». Желаю не передраться, когда будете решать, кому достанется раскладушка.

Чтобы управлять судьбой, нужен выдающийся ум. Чтобы осуществлять планы, нужен дурак.

Ненависть сильна, но неуправляема. Если человек желает овладеть энергией ненависти, при этом пытаясь избавиться от ее темной стороны, все равно она оставит свой след, все равно человек будет носителем зла.

У меня впереди так много лет, чтобы компенсировать все, и так мало времени.

Считать себя охотником на крупную дичь и палить по воронам – какое хамство!

Чтобы руководить своей судьбой, требуется выдающийся ум. А следовать плану может и дурак

Необходимость не знает закона