Мои цитаты из книг
А ещё можно потрогать пальцем человеческую тупость, слегка вязкую и клейкую по причине жары.
УДК 82/89 ББК 84.4 Фр К35 Перевод с французского Составление и послесловие Валерия Кислова Комментарии Ирины Волевич, Алины Поповой, Валерия Кислова Художник Михаил Занько Кено, Раймон Упражнения в стиле: Романы, рассказы и др. / Пер. с франц.; Послесл. В. Кислова; Комм. И. Волевич, А. Поповой, В. Кислова. — СПб.: «Симпозиум», 2001. — 618 с. ISBN 5-89091-130-9 Раймон Кено (1903–1976) — один из крупнейших писателей Франции XX в., творчество которого развивалось под знаком...
Когда ненавидишь себя, про всех остальных, видимо, забываешь
Второй роман Сола Беллоу.
Критика называла его «лучшим англоязычным произведением 1940-х» и сравнивала с ранними работами Достоевского.
Незамысловатая поначалу история о редакторе маленького нью-йоркского журнала, радостно окунающегося в холостяцкую свободу во время отъезда жены, вскоре превращается в поразительную по силе притчу. Притчу о самовыражении личности и о сложности человеческой души, вечно раздираемой высокими порывами и низменными страстями…
он так притерпелся к своему одиночеству, что даже не замечал, как от него мается
Второй роман Сола Беллоу.
Критика называла его «лучшим англоязычным произведением 1940-х» и сравнивала с ранними работами Достоевского.
Незамысловатая поначалу история о редакторе маленького нью-йоркского журнала, радостно окунающегося в холостяцкую свободу во время отъезда жены, вскоре превращается в поразительную по силе притчу. Притчу о самовыражении личности и о сложности человеческой души, вечно раздираемой высокими порывами и низменными страстями…
Не пойму, это ум у вас или хамство такое. Может, вам просто на суть дела плевать.
Второй роман Сола Беллоу.
Критика называла его «лучшим англоязычным произведением 1940-х» и сравнивала с ранними работами Достоевского.
Незамысловатая поначалу история о редакторе маленького нью-йоркского журнала, радостно окунающегося в холостяцкую свободу во время отъезда жены, вскоре превращается в поразительную по силе притчу. Притчу о самовыражении личности и о сложности человеческой души, вечно раздираемой высокими порывами и низменными страстями…
он сплошное не то
Второй роман Сола Беллоу.
Критика называла его «лучшим англоязычным произведением 1940-х» и сравнивала с ранними работами Достоевского.
Незамысловатая поначалу история о редакторе маленького нью-йоркского журнала, радостно окунающегося в холостяцкую свободу во время отъезда жены, вскоре превращается в поразительную по силе притчу. Притчу о самовыражении личности и о сложности человеческой души, вечно раздираемой высокими порывами и низменными страстями…
На свете два миллиарда человек, а он, видите ли, несчастен. Скажите, какой особенный.
Второй роман Сола Беллоу.
Критика называла его «лучшим англоязычным произведением 1940-х» и сравнивала с ранними работами Достоевского.
Незамысловатая поначалу история о редакторе маленького нью-йоркского журнала, радостно окунающегося в холостяцкую свободу во время отъезда жены, вскоре превращается в поразительную по силе притчу. Притчу о самовыражении личности и о сложности человеческой души, вечно раздираемой высокими порывами и низменными страстями…
в большинстве людей сидит страх — страх жизни, страх смерти, страх жизни, может, и посильней
Второй роман Сола Беллоу.
Критика называла его «лучшим англоязычным произведением 1940-х» и сравнивала с ранними работами Достоевского.
Незамысловатая поначалу история о редакторе маленького нью-йоркского журнала, радостно окунающегося в холостяцкую свободу во время отъезда жены, вскоре превращается в поразительную по силе притчу. Притчу о самовыражении личности и о сложности человеческой души, вечно раздираемой высокими порывами и низменными страстями…
Если кто-то тебя не любит, он тебя не любит, а причина найдется
Второй роман Сола Беллоу.
Критика называла его «лучшим англоязычным произведением 1940-х» и сравнивала с ранними работами Достоевского.
Незамысловатая поначалу история о редакторе маленького нью-йоркского журнала, радостно окунающегося в холостяцкую свободу во время отъезда жены, вскоре превращается в поразительную по силе притчу. Притчу о самовыражении личности и о сложности человеческой души, вечно раздираемой высокими порывами и низменными страстями…
он хочет, чтоб сотрудники знали, как он ценит их преданность и упорный труд. Мы говорим — труд, подразумеваем — порядочность. Они нераздельны. Так что он не столько благодарит своих сотрудников, сколько с этим их поздравляет. Лучше износиться, чем сгнить, как частенько мы повторяем («Не согласен», - сказал Шишкодремов, старея)
Второй роман Сола Беллоу.
Критика называла его «лучшим англоязычным произведением 1940-х» и сравнивала с ранними работами Достоевского.
Незамысловатая поначалу история о редакторе маленького нью-йоркского журнала, радостно окунающегося в холостяцкую свободу во время отъезда жены, вскоре превращается в поразительную по силе притчу. Притчу о самовыражении личности и о сложности человеческой души, вечно раздираемой высокими порывами и низменными страстями…
Для всего-то есть у нас ярлыки, только не для того, что мы на самом деле думаем и чувствуем.
Второй роман Сола Беллоу.
Критика называла его «лучшим англоязычным произведением 1940-х» и сравнивала с ранними работами Достоевского.
Незамысловатая поначалу история о редакторе маленького нью-йоркского журнала, радостно окунающегося в холостяцкую свободу во время отъезда жены, вскоре превращается в поразительную по силе притчу. Притчу о самовыражении личности и о сложности человеческой души, вечно раздираемой высокими порывами и низменными страстями…