Мои цитаты из книг
Посмотрите на небо, Мод. Какая противная синева! Не подходит по цвету к моим перчаткам. Вот она, природа. Никакого чувства моды. Небо над Лондоном все же знает приличия: всегда тускло-серое, как стены в ателье.
Лондонский бедный квартал, вторая половина XIX века. Сью Триндер, сирота, выросшая среди воров и мошенников, не знает, что судьба странными узами соединила ее жизнь с юной наследницей богатого имения, живущего замкнуто и уединенно. И едва порог дома переступает неотразимый Джентльмен, начинаются приключения, захватывающие дух своей непредсказуемостью.
Ну скажите мне - конечно, если вы только знаете - есть ли на свете институт, более погрязший в извращённых видах разврата, чем Римско-католическая церковь.
Лондонский бедный квартал, вторая половина XIX века. Сью Триндер, сирота, выросшая среди воров и мошенников, не знает, что судьба странными узами соединила ее жизнь с юной наследницей богатого имения, живущего замкнуто и уединенно. И едва порог дома переступает неотразимый Джентльмен, начинаются приключения, захватывающие дух своей непредсказуемостью.
Не стоит недооценивать тщеславие писателя, особенно писателя посредственного.
Три тайны. Три загадки.
Тайна Барселоны — города, в котором возможно все…
Тайна Давида — молодого журналиста, сумевшего уйти от карающего меча судьбы…
Тайна Книги, у которой есть начало, но нет и, возможно, не будет финала…
Светлый, прозрачный, полный загадок роман-лабиринт, который можно читать и перечитывать, не уставая восхищаться и открывая в нем все новые глубины.
В каждом лабиринте есть свой Минотавр.
Три тайны. Три загадки.
Тайна Барселоны — города, в котором возможно все…
Тайна Давида — молодого журналиста, сумевшего уйти от карающего меча судьбы…
Тайна Книги, у которой есть начало, но нет и, возможно, не будет финала…
Светлый, прозрачный, полный загадок роман-лабиринт, который можно читать и перечитывать, не уставая восхищаться и открывая в нем все новые глубины.
Вам виднее, как лучше разбазаривать время и деньги. Я же останусь дома и почитаю, ибо жизнь коротка.
Три тайны. Три загадки.
Тайна Барселоны — города, в котором возможно все…
Тайна Давида — молодого журналиста, сумевшего уйти от карающего меча судьбы…
Тайна Книги, у которой есть начало, но нет и, возможно, не будет финала…
Светлый, прозрачный, полный загадок роман-лабиринт, который можно читать и перечитывать, не уставая восхищаться и открывая в нем все новые глубины.
Правда — это то, что причиняет боль.
Три тайны. Три загадки.
Тайна Барселоны — города, в котором возможно все…
Тайна Давида — молодого журналиста, сумевшего уйти от карающего меча судьбы…
Тайна Книги, у которой есть начало, но нет и, возможно, не будет финала…
Светлый, прозрачный, полный загадок роман-лабиринт, который можно читать и перечитывать, не уставая восхищаться и открывая в нем все новые глубины.
Мне не нравятся телефоны. Я люблю видеть лицо человека, с которым разговариваю, и чтобы он видел мое.
Три тайны. Три загадки.
Тайна Барселоны — города, в котором возможно все…
Тайна Давида — молодого журналиста, сумевшего уйти от карающего меча судьбы…
Тайна Книги, у которой есть начало, но нет и, возможно, не будет финала…
Светлый, прозрачный, полный загадок роман-лабиринт, который можно читать и перечитывать, не уставая восхищаться и открывая в нем все новые глубины.
—Что-нибудь выпьете? Рюмочку цианистого калия?
Три тайны. Три загадки.
Тайна Барселоны — города, в котором возможно все…
Тайна Давида — молодого журналиста, сумевшего уйти от карающего меча судьбы…
Тайна Книги, у которой есть начало, но нет и, возможно, не будет финала…
Светлый, прозрачный, полный загадок роман-лабиринт, который можно читать и перечитывать, не уставая восхищаться и открывая в нем все новые глубины.
— Интеллектуал — это, как правило, персонаж, который как раз не отличается высоким интеллектом, — изрёк Корелли. — Он присваивает себе подобное определение, компенсируя слабость природных способностей, которую подсознательно ощущает. Это старо как мир и так же верно: скажи мне, чем ты похваляешься, и я скажу, чего у тебя нет.
Три тайны. Три загадки.
Тайна Барселоны — города, в котором возможно все…
Тайна Давида — молодого журналиста, сумевшего уйти от карающего меча судьбы…
Тайна Книги, у которой есть начало, но нет и, возможно, не будет финала…
Светлый, прозрачный, полный загадок роман-лабиринт, который можно читать и перечитывать, не уставая восхищаться и открывая в нем все новые глубины.
Зависть – это религия серости. Она бодрит посредственные личности, прислушивается к снедающим их страстям и в итоге разлагает душу. Зависть нашептывает оправдания собственному убожеству и алчности, приравнивая их чуть ли не к добродетелям. Зависть внушает уверенность, будто небесные врата открыты лишь для неудачников, кто не оставил по себе достойного следа, ибо растратил жизнь на неприглядные попытки унизить других, отвергнуть и по возможности уничтожить более одаренных соплеменников по той единственной причине, что они таковы, как есть.
Три тайны. Три загадки.
Тайна Барселоны — города, в котором возможно все…
Тайна Давида — молодого журналиста, сумевшего уйти от карающего меча судьбы…
Тайна Книги, у которой есть начало, но нет и, возможно, не будет финала…
Светлый, прозрачный, полный загадок роман-лабиринт, который можно читать и перечитывать, не уставая восхищаться и открывая в нем все новые глубины.