А в самом деле: чем пахнет Время? Пылью, часами, человеком. А если задуматься, какое оно – Время – то есть на слух? Оно вроде воды, струящейся в темной пещере, вроде зовущих голосов, вроде шороха земли, что сыплется на крышку пустого ящика, вроде дождя. Пойдем еще дальше, спросим, как выглядит Время? Оно точно снег, бесшумно летящий в черный колодец, или старинный немой фильм, в котором сто миллиардов лиц, как новогодние шары, падают вниз, падают в ничто. Вот чем пахнет Время и вот какое оно на вид и на слух.
Животное не допытывается, в чем смысл бытия. Оно живет. Живет ради жизни. Для него ответ заключен в самой жизни, в ней и радость, и наслаждение.
У американцев искусство всегда особая статья, его место — в комнате чудаковатого сына наверху. Остальные принимают его, так сказать, воскресными дозами, кое-кто в смеси с религией.
Ненавижу это чувство правоты, когда в глубине души я не уверен, что прав.
— Мы не разрушим Марс, — сказал капитан. — Он слишком велик и великолепен.
— Вы уверены? У нас, землян, есть дар разрушать великое и прекрасное.
Что представляет собой это большинство и кто в него входит? О чем они думают, и почему они стали именно такими, и неужели никогда не переменятся, и еще - какого черта меня занесло в это треклятое большинство?
— А, верная спутница вдов и старых дев, — произнёс он, указывая глазами на книгу. — Нет ничего лучше хорошего чтива вечером, когда не знаешь, как его провести.
Излишняя гордость — одна из отличительных черт дураков…
Петер сказал ещё:
- Евреи всегда были и будут избранным народом.
Я ответила:
- Хорошо бы они хоть раз были избраны на что-то хорошее.
Я попросила бы господа бога сделать меня такой, чтобы никого не раздражать.