Женщины не могут хранить тайны, но ни одна из них не разболтает то, что у неё на сердце.
- Нет более каменистой почвы, чем сердце человека... - Человек растит в себе то, что может... и лелеет это.
На мой взгляд, одна из причин, благодаря которым человек способен существовать на выделенном ему клочке этой зелено-голубой долине слез, заключается в том, что у него всегда есть возможность что-то изменить, какой бы далекой и призрачной она порой ни казалась.
Животные, птицы и насекомые способны навести на очень правильные мысли. Если я сомневаюсь, как следует поступить, я спрашиваю себя: «А что на моем месте сделал бы хорек?» или «А как в подобной ситуации поступила бы саламандра?». И обязательно нахожу верный ответ.
Некоторые люди, слабые по натуре, боятся одиночества. Им никогда не понять, что оно в некотором роде несет в себе освобождение: стоит человеку осознать, что
ему никто не нужен, как он обретает способность заботиться о себе сам. В этом суть: лучше заботиться только о себе. Защитить других ты не сможешь, как бы сильно ни старался. Ты пытаешься и терпишь поражение, мир вокруг рушится и сгорает дотла.
Я нахожу опоздания чрезвычайной грубостью; это в высшей степени неуважительно и свидетельствует о том, что вы считаете себя и свое время более важным, чем личность и время другого человека.
Стоит привыкнуть к одиночеству. как оно становится нормой.
– Мистер Гиббонс звонит в «скорую», – продолжала я, – не переживайте, вам не придется долго лежать посреди улицы. Для волнения у вас нет ни малейшего повода: медицинское обслуживание в нашей стране совершенно бесплатно, а его стандарты считаются одними из самых высоких в мире. Вам повезло: упасть и грохнуться головой где-нибудь в Южном Судане, с учетом тамошней политической и экономической обстановки, было бы куда хуже. А здесь, в Глазго… вы, если позволите так выразиться, ударились очень даже удачно.
Философский вопрос: если в лесу падает дерево, но этого никто не слышит, производит ли оно шум? И если совершенно одинокая женщина временами разговаривает с цветком в горшке, можно ли её считать адекватной?
Струился ласковый мягкий свет второй половины лета; вечер казался нежным и хрупким. Мы шли в тишине, такой, которую не было необходимости нарушать.