Partir, c’est mourir un peu. Уезжать – это немножко умирать.
Игнатов не понимал, как можно любить женщину. Любить можно великие вещи: революцию, партию, свою страну. А женщину? Да как вообще можно одним и тем же словом выражать свое отношение к таким разным величинам - словно класть на две чаши весов какую-то бабу и Революцию? Глупость какая-то получается.
Из тебя вообще неважная леди — слишком языкатая.
Как чудесно быть молодым и беззаботным - впереди столько времени, что можно не беспокоиться о будущем, не вспоминать слишком часто прошлое, а просто жить, жить и жить в настоящем...
Власть - это источник, который хмелит получше самого дорогого вина...
Иногда лучше быть нейтральным, чем поспешить и выбрать не ту сторону, не правда ли? А вдруг время окажется на другой стороне.
В конце концов, пусть думают, что хотят, это же не друзья или близкие знакомые. Поэтому на их мнение абсолютно наплевать.
– Ну а как же твоя жизнь, а? – прищурился Фэш. – Ты вот так запросто все покинешь? У тебя же здесь друзья… Во всяком случае, я хотел бы так думать, что мы все… гм… – Он прокашлялся, чтобы скрыть замешательство. – Что мы тебе дороги.
– Вы мне очень дороги, – твердо произнесла Василиса. И вдруг добавила: – Особенно ты.
Фэш как то странно отпрянул, по всей видимости, эти слова все таки застали его врасплох.
Я всегда говорил, что женщины плохие союзники, слишком подвержены эмоциям. Но коварные враги, когда речь идет об их интересах.
Сон - тоже временная параллель. Не просто личный уголок, а личный мир... Твой совершенно особый, личный мир. Ты можешь впустить в свой сон кого хочешь, но только если этот человек того желает.