В отвлеченной любви к человечеству любишь почти всегда одного себя.
"Трус тот, кто боится и бежит; а кто боится и не бежит, тот еще не трус..."
дура с сердцем и без ума такая же несчастная дура, как и дура с умом без сердца. Старая истина.
Пройдите мимо нас и простите нам наше счастье!
Дура с сердцем и без ума такая же несчастная дура, как и дура с умом без сердца
Есть женщины, которые годятся только в любовницы и больше ни во что.
Знайте, что есть такой предел позора в сознании собственного ничтожества и слабосилия, дальше которого человек уже не может идти и с которого начинает ощущать в самом позоре своем громадное наслаждение..
"Оригиналы мы... под стеклом надо нас всех показывать, меня первую, по десяти копеек за вход."
Знаете, я не понимаю, как можно проходить мимо дерева и не быть счастливым, что видишь его? Говорить с человеком и не быть счастливым, что любишь его!
Джордж Оруэлл ошибался.
Большой Брат не следит за тобой. Большой Брат поет и пляшет. Достает белых кроликов из волшебной шляпы. Все время, пока ты не спишь, Большой Брат развлекает тебя, отвлекая внимание. Он делает все, чтобы не дать тебе время задуматься. Он делает все, чтобы тебя занять.
Он делает все, чтобы твое воображение чахло и отмирало. Пока окончательно не отомрет. Превратиться в бесполезный придаток типа аппендикса. Большой Брат следит, чтобы ты не отвлекался на что то серьезное.
Но лучше бы он следил за тобой, потому что это значительно хуже – когда в тебя столько всего пихают. Когда столько всего происходит вокруг, тебе уже и не хочется думать самостоятельно. Ты уже не представляешь угрозы. Когда воображение атрофируется у всех, никому не захочется переделывать мир.