Мои цитаты из книг
я принял дочку и стряпчего с безразличным достоинством, за которое склонные к душевным излияниям парижские русские столь сердечно меня не любили.
![Набоков Владимир - Взгляни на арлекинов! [Смотри на арлекинов]](https://topliba.com/covers/700356_100x150.jpg?t=1781360141 "Набоков Владимир - Взгляни на арлекинов! [Смотри на арлекинов]")
В своем последнем завершенном романе «Взгляни на арлекинов!» (1974) великий художник обращается к теме таинственного влияния любви на искусство. С небывалым азартом и остроумием в этих «зеркальных мемуарах» Набоков совершает то, на что еще не отваживался ни один писатель: превращает собственную биографию в вымысел, бурлеск, арлекинаду, заставляя своего героя Вадима Вадимовича N. проделать нелегкий путь длиною в жизнь, чтобы на вершине ее обрести истинную любовь, реальность, искусство. Издание...
Мы забываем - или лучше, склонны забывать, - что влюбленность не зависит от угла, под которым нам видится лицо любимой, но что она - бездонное место под купавами… Пока сон хорош… продолжай появляться в наших снах, влюбленность, но не томи, пробуждая нас или говоря слишком много, - умолчание лучше, чем эта щель или этот лунный луч (англ.).
В своем последнем завершенном романе «Взгляни на арлекинов!» (1974) великий художник обращается к теме таинственного влияния любви на искусство. С небывалым азартом и остроумием в этих «зеркальных мемуарах» Набоков совершает то, на что еще не отваживался ни один писатель: превращает собственную биографию в вымысел, бурлеск, арлекинаду, заставляя своего героя Вадима Вадимовича N. проделать нелегкий путь длиною в жизнь, чтобы на вершине ее обрести истинную любовь, реальность, искусство. Издание...
Луиза развлекала общество одной из своих забавных историй, - я называл их «вешалками имен», потому что они лишь казались связанными с каким-то событием, скажем, с квипрокво, приключившимся на вечеринке, - истинное же их назначение состояло в том, чтобы помянуть какого-нибудь ее родовитого «старого друга» или обаятельного политика, или его двоюродного брата.
В своем последнем завершенном романе «Взгляни на арлекинов!» (1974) великий художник обращается к теме таинственного влияния любви на искусство. С небывалым азартом и остроумием в этих «зеркальных мемуарах» Набоков совершает то, на что еще не отваживался ни один писатель: превращает собственную биографию в вымысел, бурлеск, арлекинаду, заставляя своего героя Вадима Вадимовича N. проделать нелегкий путь длиною в жизнь, чтобы на вершине ее обрести истинную любовь, реальность, искусство. Издание...
- А что такое по-вашему «гений»?- Ну, способность видеть вещи, которых не видят другие. Или, вернее, невидимые связи вещей.- В таком случае, я говорю о состоянии жалком, болезненном, ничего общего с гениальностью не имеющем. Давайте начнем с живого примера, взятого в доподлинной обстановке. Пожалуйста, закройте ненадолго глаза. Теперь представьте аллейку, ведущую к вашей вилле от почтовой конторы. Видите, платаны сходятся в перспективе, а между двух последних - калитка вашего сада?- Нет, - сказала Ирис, - последний справа заменен фонарным столбом, - его не так-то легко разглядеть с деревенской площади, но это фонарь, обросший плющом.- Ну пусть, не важно. Главное, вообразите, что мы глядим из деревни, отсюда , в сторону садовой калитки - туда . В этой задаче нужна особая осторожность в отношении наших «там» и «тут». Покамест «там» - это прямоугольник солнечной зелени за полуотворенной калиткой. Теперь начинаем перемещаться по аллейке. Справа на втором стволе мы замечаем остатки какого-то местного объявления…- Это Ивор его налепил. В нем объявлялось, что обстоятельства изменились, и подопечным тети Бетти следует прекратить их еженедельные визиты.- Великолепно. Продолжаем двигаться к садовой калитке. Между платанами по обе стороны видны кусочки пейзажа. Справа от вас, - пожалуйста, закройте глаза, чтобы видеть получше, - справа от вас виноградник, слева церковь и кладбище, вы различаете его длинную, низкую, очень низкую стену…- У меня мурашки от вашего тона. И еще я хочу что-то добавить. Мы с Ивором нашли в ожине старое покосившееся надгробье с надписью «Dors, Médor!» [28] и с единственной датой - смерти - 1889-й; скорее всего, могила приблудной собаки. Это перед самым последним деревом слева.- Итак, мы добрались до калитки. Мы уж было вошли, но тут вы внезапно остановились: вы забыли купить красивые новые марки для своего альбома. И мы решаем вернуться на почту.- Можно я открою глаза? А то я боюсь заснуть.- Напротив: самое время закрыть их покрепче и сосредоточиться. Мне нужно, чтобы вы вообразили, как вы разворачиваетесь, и «правое» сразу становится «левым», и вы вмиг ощущаете «тут» как «там», и фонарь уже слева от вас, а мертвый Медор - справа, и платаны сходятся к почтовой конторе. Можете это сделать?- Сделано, - сказала Ирис. - Поворот кругом выполнила. Теперь я стою лицом к солнечной дырке с розовым домиком в ней и с кусочком синего неба. Что, можно шагать обратно?- Вам-то можно, да мне нельзя! В этом вся суть нашего опыта. В действительной, телесной жизни я поворачиваюсь так же просто и быстро, как всякий другой. Но мысленно, с закрытыми глазами и неподвижным телом, я не способен перейти от одного направления к другому. Какой-то шарнир в мозгу, какая-то поворотная клетка не срабатывает. Я, разумеется, мог бы сжулить, отложив мысленный снимок одной перспективы и спокойно выбрав противоположный вид для прогулки назад, в исходную точку. Но если я не жульничаю, некая пакостная помеха, которая свела бы меня с ума, примись я упорствовать, не дает мне вообразить разворот, преобразующий одно направление в другое, прямо противоположное. Я раздавлен, я взваливаю на спину целый мир, пытаясь зримо представить себе, как я разворачиваюсь, и заставить себя увидеть «правым» то, что вижу «левым», и наоборот.
В своем последнем завершенном романе «Взгляни на арлекинов!» (1974) великий художник обращается к теме таинственного влияния любви на искусство. С небывалым азартом и остроумием в этих «зеркальных мемуарах» Набоков совершает то, на что еще не отваживался ни один писатель: превращает собственную биографию в вымысел, бурлеск, арлекинаду, заставляя своего героя Вадима Вадимовича N. проделать нелегкий путь длиною в жизнь, чтобы на вершине ее обрести истинную любовь, реальность, искусство. Издание...
Самая ее утонченность остренько отдавала изысканной пошлостью, овевавшей всю ее личность сладким душком распада.
В своем последнем завершенном романе «Взгляни на арлекинов!» (1974) великий художник обращается к теме таинственного влияния любви на искусство. С небывалым азартом и остроумием в этих «зеркальных мемуарах» Набоков совершает то, на что еще не отваживался ни один писатель: превращает собственную биографию в вымысел, бурлеск, арлекинаду, заставляя своего героя Вадима Вадимовича N. проделать нелегкий путь длиною в жизнь, чтобы на вершине ее обрести истинную любовь, реальность, искусство. Издание...
- Довольно кукситься! - бывало восклицала она. - Смотри на арлекинов!
- Каких арлекинов? Где?
- Да везде! Всюду вокруг. Деревья арлекины, слова - арлекины. И ситуации, и задачки. Сложи любые две вещи - остроты, образы - и вот тебе троица скоморохов! Давай же! Играй! Выдумывай мир! Твори реальность!Видит Бог, так я и сделал.
В своем последнем завершенном романе «Взгляни на арлекинов!» (1974) великий художник обращается к теме таинственного влияния любви на искусство. С небывалым азартом и остроумием в этих «зеркальных мемуарах» Набоков совершает то, на что еще не отваживался ни один писатель: превращает собственную биографию в вымысел, бурлеск, арлекинаду, заставляя своего героя Вадима Вадимовича N. проделать нелегкий путь длиною в жизнь, чтобы на вершине ее обрести истинную любовь, реальность, искусство. Издание...
Постправда – это предфашизм.
Есть ли что-то общее между Германией 1933 года и Америкой, избравшей президентом Дональда Трампа? В книге Тимоти Снайдера “О тирании” такое сопоставление не выглядит натяжкой. Автор призывает прислушаться к урокам минувшего века и с их помощью предотвратить скатывание к диктатуре в нынешнем. “Мы не мудрее европейцев, которые видели, как демократия уступает фашизму, нацизму и коммунизму в XX веке, – пишет Снайдер. – Наше единственное преимущество в том, что мы можем учиться на их опыте. И сейчас...
Националист будит в нас самое худшее, а потом говорит нам, что мы лучшие.
Есть ли что-то общее между Германией 1933 года и Америкой, избравшей президентом Дональда Трампа? В книге Тимоти Снайдера “О тирании” такое сопоставление не выглядит натяжкой. Автор призывает прислушаться к урокам минувшего века и с их помощью предотвратить скатывание к диктатуре в нынешнем. “Мы не мудрее европейцев, которые видели, как демократия уступает фашизму, нацизму и коммунизму в XX веке, – пишет Снайдер. – Наше единственное преимущество в том, что мы можем учиться на их опыте. И сейчас...
Плохо написанное предложение – это плохо продуманная идея
У Тары странная семья. Отец готовится к концу света – консервирует персики на случай массового голода и скупает оружие, которым можно уничтожить целую деревню. Мать лечит ожоги и раздробленные кости настойкой лаванды, а братья и сестры не ходят в школу и работают на свалке. Тара знает, как обращаться с винтовкой и управлять строительным краном, но с трудом может читать и писать. Но однажды ее жизнь меняется. Втайне от родителей Тара готовится к поступлению в колледж…
Штат Айдахо наконец-то выдал мне отсроченное свидетельство о рождении. Помню тот день, когда его прислали по почте. Я почувствовала себя очень странно, держа в руках первое официальное подтверждение своего существования: до этого момента мне и в голову не приходило, что это нужно подтверждать
У Тары странная семья. Отец готовится к концу света – консервирует персики на случай массового голода и скупает оружие, которым можно уничтожить целую деревню. Мать лечит ожоги и раздробленные кости настойкой лаванды, а братья и сестры не ходят в школу и работают на свалке. Тара знает, как обращаться с винтовкой и управлять строительным краном, но с трудом может читать и писать. Но однажды ее жизнь меняется. Втайне от родителей Тара готовится к поступлению в колледж…