admin

Их было двадцать миллионов! Вот если бы их поставить плечом к плечу в одну шеренгу, они вытянулись бы строем на двадцать миллионов метров.Я подышал на стекло и стал считать.- Вот двадцать миллионов метров. В одном километре - тысяча метров. Нули сокращаем. Получается двадцать тысяч километров. Половина экватора! Ой-ой-ой... Это значит, человек выезжает на поезде из Бреста во Владивосток, а они вдоль насыпи стоят. Он днём и ночью едет, едет... Через степи, горы, через реки, через тайгу... Поезд гудит, стучат колёса на стыках... А как глянешь в окно, они стоят... Стоят молодые и постарше, стоят пехотинцы, танкисты, кавалеристы, лётчики, моряки... В летнем и зимнем обмундировании, в пилотках и касках, в ушанках и бескозырках. Неделями идёт поезд, а они всё стоят... И смотрят на меня... Какой я?

Я иду искать

Борис Алмазов

В этой приключенческой повести, посвященной славному юбилею пионерии, рассказывается о красных следопытах, о том, как разыскивая героев, ребята взрослеют, набираются знаний, становятся патриотами своей Родины.

— И почему это хорошие всегда погибают? — сказал я. — Всякие погибают, — возразил Васька. — Только хороших помнят, а плохих нет… Вот и всё.

Я иду искать

Борис Алмазов

В этой приключенческой повести, посвященной славному юбилею пионерии, рассказывается о красных следопытах, о том, как разыскивая героев, ребята взрослеют, набираются знаний, становятся патриотами своей Родины.

Совсем счастливы бывают только круглые дураки. Счастье — это миг, но он всю жизнь озаряет.

Я иду искать

Борис Алмазов

В этой приключенческой повести, посвященной славному юбилею пионерии, рассказывается о красных следопытах, о том, как разыскивая героев, ребята взрослеют, набираются знаний, становятся патриотами своей Родины.

– Когда человек умирает, его душа попадает ко мне, и я решаю, как с ней поступить – это если вкратце. Хотя на самом деле ко мне попадают единицы, в основном этой работой занимаются другие.
– И почему я в числе этих единиц?
– Разумеется, потому что ты – избранная с уникальным даром. Существует пророчество, согласно которому от ужасного проклятия наш мир спасет юная девушка необычайной красоты и редкого ума. Хм… И правда, а что, собственно, ты тут делаешь?

Аида Даркблум, куда ты катишься? Еще немного – и перестанешь выбрасывать батарейки в мусор.

Хотелось есть. Еще один минус в логику существования посмертия. Зачем душе еда? Неужели нельзя придумать магический мир, в котором девушкам не нужно убираться, готовить и умирать каждый месяц с грелкой в постели?

Навык падать у фигуристок прокачан с малых лет, но в нашем виде спорта за девочками в коньках не бегают маньяки с бейсбольными битами. Хотя, надо думать, такое фигурное катание собирало бы стадионы.

И все-таки средняя и старшая школа – отличная подготовка не только ко взрослой, но и к загробной жизни. Те же мальчики-мажоры, которым все можно. Аутсайдеры за дальними столиками. Напыщенные взрослые, толкающие речи об экологичном общении и демонстративно не замечающие ни буллинга, ни разделения на касты среди учеников.

Правда, бешеную собаку тоже боятся. Но министром-то не делают.

Как будто сбылся кошмар. Я снова в школе, только все вокруг какое-то нереальное, как отражение в кривом зеркале. И от меня требуют выполнить какое-то бредовое задание, а я даже не понимаю, в чем оно заключается. Странно, что я при этом не голая.