«Жизнь жестоко издевается над людьми: можно быть уверенным, что всякий жертвующий собой для других стоит большего, чем они…»
«Я понял, что то, что мы называем своей волей, есть только ниточка, приводящая в движение марионетку, ниточка, за которую дергает Бог. Вы улавливаете мою мысль?»
«Как можно чувствовать привязанность к жизни, если утрачена возможность делать добро?»
Нам было по двенадцать лет, мы долго бродили по раскалённым улицам среди мошкары и пыли, поднятой проезжавшими старыми грузовиками, как две старухи, готовые поставить точку в своей полной разочарований жизни и продолжающие цепляться друг за друга. Никто не понимает нас, только мы, думала я, понимаем друг друга.
Шведы - идеальная аудитория для претенциозных трепачей вроде меня. Люблю их.
В жизни надо хоть раз попробовать все, кроме двух вещей: инцеста и народных танцев.
Зажатые в холоде между шведскими и русскими господами, финны старались не открывать рот, пока их не спросят.
На самом деле вся Финляндия – это пять миллионов лесорубов, вышедших из чащи и мечтающих туда вернуться, да горстка заносчивых шведов.
Последняя шведская инновация, попавшая в центр внимания британской прессы, – Kunskappsskolan (Школы Знания), в которых нет обязательных предметов, учебных классов и расписания, а дети определяют свои академические цели самостоятельно. Если бы школа, в которой я учился, была устроена так же, то в первый же день мы бы полностью реализовали сюжет «Повелителя мух».
Можно проводить опросы, только никогда не знаешь, правду ли тебе отвечают.