Бенито сидел на краю ямы, закутавшись в одеяло, и смотрел на темно-красную полоску, оставшуюся там, где солнце свалилось за горизонт. Зомби думал о том, кем он станет после того, как снова умрет. Идея реинкарнации не представлялась ему достойной внимания. Нирвана казалась недоступной. Наверное, если бы у него был выбор, Бенито предпочел бы просто умереть. Но так, чтобы раз и навсегда. Что может быть лучше, чем классическое небытие?
Можно доверять только самому себе, – своему зрению, обонянию, слуху, своей интуиции, своей способности мгновенно оценить ситуацию.
Что может напугать мертвеца? Разве что перспектива вернуться к жизни с условием полностью отработать свою карму.
Сны ему снились и прежде. Разные – приключенческие и эротические, провидческие и фантастические, футуристические и абсурдистские, маньеристские и кавалеристские, демографические и порнографические, эзотерические и эксгибиционистские, кубистские и пуантеистские, научно-популярные и профессионально-образовательные, авангардистские и приземленные, а также совершенно бессмысленные. Обычно наутро он помнил только обрывки сна, которые позволяли если не истолковать его тем или иным образом, то уж, по крайней мере, как-то классифицировать.
Время ничего не значит в двух случаях: когда ты не знаешь, чем заняться, и когда каждая минута может стать для тебя последней. Удивительно, но это так. Хотя на первый взгляд между двумя этими ситуациями нет абсолютно ничего общего.
Железное правило – в расчетах всегда исходи из наихудшего варианта, чтобы потом не расстраиваться.
Вовсе не зазорно именоваться асоциальным элементом. Не общество отвергло меня – я отверг общество, которому оказался не нужен...
Могучие корни упавшего дерева возносились вверх, похожие на врата, ведущие в таинственный волшебный мир. Или – в загробный... По сути, ведь никакой разницы.
Говорят, что новорожденные дети знают о мире если не все, то гораздо больше, чем взрослые. Вот только рассказать они ничего не могут. А к тому времени, когда обретают способность говорить, все забывают.
Бенито сидел на краю ямы, закутавшись в одеяло, и смотрел на темно-красную полоску, оставшуюся там, где солнце свалилось за горизонт. Зомби думал о том, кем он станет после того, как снова умрет. Идея реинкарнации не представлялась ему достойной внимания. Нирвана казалась недоступной. Наверное, если бы у него был выбор, Бенито предпочел бы просто умереть. Но так, чтобы раз и навсегда. Что может быть лучше, чем классическое небытие?