Кэндис повернулась и пошла вниз по лестнице следом за Брен. На кухне она уселась на табуретку и взяла кусочек пиццы.– Что ты собираешься делать вечером?Брен улыбнулась.– Я собираюсь написать одному человеку кое-что о нашей общей фантазии. А ты?– Я собираюсь позвонить одной женщине и пригласить ее на свидание. – Кэндис посмотрела в сторону лестницы и подумала о Лиз и Рэйли, которые спали наверху в безмятежных объятиях друг друга. – Как ты думаешь, нашему клубу одиноких сердец придет конец?– Нет. Наш клуб основывается на дружбе, – Брен обняла Кэндис за талию. – А любовь только сделает нас сильнее.
Лиз приподнялась, чтобы видеть лицо Рэйли.– Ты любишь меня так, как мне только мечталось. И мне бы хотелось любить тебя так же в ответ.– У тебя получается. – Рэйли пальцами коснулась подбородка Лиз. – Ты делаешь меня счастливой. Ты заставляешь меня думать о будущем. Я хочу быть с тобой и с ребенком. Я хочу быть с тобой во время родов.– Когда я разрешаю себе помечтать, – шепнула Лиз, – я вижу нас. Ты, я и ребенок. Семья.
Рэйли улыбнулась. – Значит, все дело в сексе? – Точно. Разве есть что-то еще? – Да, – шепнула Рэйли, крепко обнимая Лиз, – есть кое-что гораздо большее.
Брен была близка к тому, чтобы взорваться под пальцами Джей. Ей нужно было позволить Джей кончить, или кончить самой. Она взяла грудь Джей обеими руками и сжала ее.– Что ты сказала?– Пожалуйста, госпожа, – простонала Джей. – Пожалуйста, я… о, пожалуйста.– Да, – приказала Брен, впиваясь в шею Джей зубами,– Да, теперь можно.– О Боже, – простонала Джей, ее дыхание оборвалось, и она задрожала.
На протяжении девяти лет они делились секретами, говорили обо всем, доверяли друг другу и радость новых начинаний, и горечь утрат. Между ними было нечто большее, чем дружба, они были для Лиз семьей, и у нее с ними было гораздо больше общего, чем с кровными родственниками. Теперь ее подруги смотрели на нее с беспокойством и ожиданием.
Лиз втянула язык Рэйли глубже, ласково придерживая ладонью ее челюсть. Рэйли притянула ее ближе к себе, и где – то затуманенным мозгом Лиз осознавала, что коробка передач впивается ей в ребра, а вторая рука Рэйли обнимает ее за талию. Ее грудь набухла, а сердце стучало где-то внизу живота. Она ощущала себя развратной, ей хотелось секса так, как никогда в жизни. Ей хотелось забраться Рэйли на колени, чтобы они могли соприкасаться всем телом. Ее кожа горела. Внутри все ныло. Через пару секунд она готова была забыть, где она находится и что собирается заняться любовью с женщиной, о которой думала, как о случайной знакомой.
Чтобы управлять народом, надо его понимать.
Но благие намерения не всегда ведут в рай.
- Мне кажется, ты думаешь, будто должен сразиться с целым миром, - ответил Джозеф. - Но если всё время держать стойку, руки слишком устанут, чтобы бить.
Человеческая натура – воистину дремучий лес