Мои цитаты из книг
Evolution selects for what we call common sense.
Восток и Запад: кто лидирует сейчас и почему, было ли так всегда и что ждет мир завтра? Известный историк и археолог, преподаватель Стэнфордского Университета Иэн Моррис рассказывает о 15 тысячелетиях человеческой истории, последние два из которых Запад играет в мире доминирующую роль. Моррис объясняют причину упадка и поражения Востока в историческом соревновании с Западом. Но будет ли властвовать Запад бесконечно? Иэн Моррис предлагает свежий взгляд практически на каждое важное историческое...
An extraordinary number of modern inventions were made more than once, and the statistician Stephen Stigler even proposed a law that no discovery is ever named after its real discoverer.
Восток и Запад: кто лидирует сейчас и почему, было ли так всегда и что ждет мир завтра? Известный историк и археолог, преподаватель Стэнфордского Университета Иэн Моррис рассказывает о 15 тысячелетиях человеческой истории, последние два из которых Запад играет в мире доминирующую роль. Моррис объясняют причину упадка и поражения Востока в историческом соревновании с Западом. Но будет ли властвовать Запад бесконечно? Иэн Моррис предлагает свежий взгляд практически на каждое важное историческое...
Раньше, на Родине, Лидия сама себе казалась очень умной. А здесь все оказались такие же умные, наперед все просчитывают. «Цю-юрихь»
Эти рассказы родом из русской прозы, внимательной и сочувственной к «лишним» и «маленьким» людям. Автор своей тонкой и четкой оптикой высвечивает те незначительные складки и повороты повседневной жизни, которые благодаря дарованию Улицкой становятся и резкими, и удивительными, и подчас ужасными, а чаще всего – символическими. И всегда невероятно интересными. «Первые становятся последними, а последние обладают дарами, не предназначенными для победителей, – нищий радуется тарелке супа, а богатый...
Вот тут-то она и поняла смысл швейцарской жизни. Лидии открылось, что счастье выражается здесь цифрами. Больше цифра — больше счастье. Не одними голыми цифрами, а с большими тонкостями: должны ещё быть люди, которые бы оценивали твой успех, догадывались бы о твоем уме и таланте по неприметным признакам. Забор два раза в год красила... Новые цветы на террасе посадила... Занавески английские повесила... Кто понимает... Туфли Балли, пальто Лоден. Эмилии Карловны нет, поглядела бы.«Цю-юрихь»
Эти рассказы родом из русской прозы, внимательной и сочувственной к «лишним» и «маленьким» людям. Автор своей тонкой и четкой оптикой высвечивает те незначительные складки и повороты повседневной жизни, которые благодаря дарованию Улицкой становятся и резкими, и удивительными, и подчас ужасными, а чаще всего – символическими. И всегда невероятно интересными. «Первые становятся последними, а последние обладают дарами, не предназначенными для победителей, – нищий радуется тарелке супа, а богатый...
Бедный мой любимый дом, брошенный, отданный в чужие руки... крыльцо... и ступени, и двери... Стены твои, твой очаг... Что ты наделала... что ты наделал... Вместо теперешних трех мог быть один, совсем другой. Или не один... что мы наделали...
Это не какие-то две глупые клетки рвутся навстречу друг другу для бездумного продолжения рода, это каждая клетка, каждый волосок, все существо жаждет войти друг в друга и замереть, соединившись. Это единая плоть вопит о себе, горько плачет...
Эти рассказы родом из русской прозы, внимательной и сочувственной к «лишним» и «маленьким» людям. Автор своей тонкой и четкой оптикой высвечивает те незначительные складки и повороты повседневной жизни, которые благодаря дарованию Улицкой становятся и резкими, и удивительными, и подчас ужасными, а чаще всего – символическими. И всегда невероятно интересными. «Первые становятся последними, а последние обладают дарами, не предназначенными для победителей, – нищий радуется тарелке супа, а богатый...
Американские психологи придумали, что мир делится на победителей и побежденных. Это неправда - так бывает только на стадионах и конкурсах. А в человеческой жизни иначе, по-другому...Может быть, есть какой-то закон, но я его не знаю, хотя постоянно чувствую его присутствие: победители и побежденные меняются местами. Первые становятся последними, а последние обладают дарами, не предназначенными для победителей, - нищий радуется тарелке супа, а богатый страдает, не зная, кому оставить завещание... И во всем этом много мудрости, иронии и пищи для размышления.
Эти рассказы родом из русской прозы, внимательной и сочувственной к «лишним» и «маленьким» людям. Автор своей тонкой и четкой оптикой высвечивает те незначительные складки и повороты повседневной жизни, которые благодаря дарованию Улицкой становятся и резкими, и удивительными, и подчас ужасными, а чаще всего – символическими. И всегда невероятно интересными. «Первые становятся последними, а последние обладают дарами, не предназначенными для победителей, – нищий радуется тарелке супа, а богатый...
- Человеку всегда есть, куда пойти. Смотри - он протянул к горизонту руку и повёл пальцами, будто гладя ветер. - Вокруг бесконечное количество путей или, если тебе угодно, течений. Выбирай любое, и никто не удержит.
Луиза Спегельраф, дочь Верховного судьи, после революции работает на фабрике. Скрываясь от властного интригана-отца, она старается не выдать благородного происхождения, но все равно оказывается вовлечена в политические интриги. Антуан, новый король Кантабрии, страстно желает вернуть принадлежащий ему по праву трон, но насколько безумна его затея? Жоакин Мейер, борец за равенство, избранный народом президент, крайне харизматичен и умен, но не скрывается ли за благородными словами неуемная жажда...
Слова – ветер, колебание жил в горле, движение лживого языка. Слова – ничто.
Луиза Спегельраф, дочь Верховного судьи, после революции работает на фабрике. Скрываясь от властного интригана-отца, она старается не выдать благородного происхождения, но все равно оказывается вовлечена в политические интриги. Антуан, новый король Кантабрии, страстно желает вернуть принадлежащий ему по праву трон, но насколько безумна его затея? Жоакин Мейер, борец за равенство, избранный народом президент, крайне харизматичен и умен, но не скрывается ли за благородными словами неуемная жажда...
Как и любой акт разрушения, этот повлечет за собой новое творение. Конфликт хаоса и порядка.
Луиза Спегельраф, дочь Верховного судьи, после революции работает на фабрике. Скрываясь от властного интригана-отца, она старается не выдать благородного происхождения, но все равно оказывается вовлечена в политические интриги. Антуан, новый король Кантабрии, страстно желает вернуть принадлежащий ему по праву трон, но насколько безумна его затея? Жоакин Мейер, борец за равенство, избранный народом президент, крайне харизматичен и умен, но не скрывается ли за благородными словами неуемная жажда...
— Не принимай же их даров: ни хлеба, ни воды, Не то дороги не найдешь из проклятой страны; Пускай гремит седой король, что в замке под холмом, — Я ускользну, я убегу, мне дорог милый дом!
Луиза Спегельраф, дочь Верховного судьи, после революции работает на фабрике. Скрываясь от властного интригана-отца, она старается не выдать благородного происхождения, но все равно оказывается вовлечена в политические интриги. Антуан, новый король Кантабрии, страстно желает вернуть принадлежащий ему по праву трон, но насколько безумна его затея? Жоакин Мейер, борец за равенство, избранный народом президент, крайне харизматичен и умен, но не скрывается ли за благородными словами неуемная жажда...