-Сладкая моя мстительница, как же я рад, что ты вернулась.
Говорят, фейри плачут на свадьбах и смеются на похоронах, но я думаю, что твоя свадьба и похороны были одинаково забавными.
Ночью смертный мир выглядит так, как будто он полон упавших звезд.
Надо мной тот же серебристый диск луны, что сияет и над тобой. Глядя на него, я вспоминаю блеск твоего ножа, прижатого к моему горлу, и другую романтику между нами.
Я сказала себе, что, если не могу быть лучше моих врагов, тогда я стану хуже их. Намного, намного хуже.
Я слышу его бархатный голос и совершаю ошибку, посмотрев в черные как ночь глаза и на насмешливо скривившийся рот Кардана.
– Твоя красота поблекнет, – все так же мягко, словно влюбленный, продолжает он - И все, чем ты обладаешь, все, что ты есть, превратится в ничто. Ты станешь ничем. Ты уже ничто.
Издевайся надо мной, сколько хочешь. Что бы я ни воображал тогда, теперь это я буду умолять и пресмыкаться ради доброго слова из твоих уст. — Его глаза черны от желания. — Из-за тебя я навсегда погиб.
Любовь — это глупость. Мы только и делаем, что разбиваем друг другу сердца.
До чего же хорошо сражаться с кем-то другим, а не с самой собой.
Большую часть своей жизни я провёл, оберегая своё сердце. Настолько тщательно оберегал, что мог вести так, словно у меня его вообще нет. И пусть сейчас оно у меня потрепанное, изъеденное червями, огрубевшее — но твоё.