admin

— Что еще за пламенные люди?— По-моему, это понятно, если говорить о гениях, — сказал я. — Вот Гёте, Моцарт, Пушкин — люди безупречные, совершенные. В них все определяется формой. Удел безупречности — завершать и подводить итоги. Не надо думать, конечно, что они не могут быть бурными; но у них сама буря как-то срастается с формой и традицией. А вот Шекспир и Микеланджело — пламенные, со срывами и падениями, но они как-то разрывают форму и прорываются в будущее. Это несовершенные гении, которые выше совершенных: они создают совершенство иного рода. Они наивны, а те умны. Я считаю, что и всех не гениев можно делить на две категории: безупречных и пламенных, в форме и вне формы, то есть с тенденцией в ту или другую сторону. Вот и Манон Леско все время разрывает форму.— И Вера тоже?— И Вера вне формы. Она похожа на пламя от свечки: мечется во все стороны, и, наверное, достаточно простого дыхания, чтобы ее погасить.

Турдейская Манон Леско

Петров Всеволод

Написанная в 1946 году искусствоведом Всеволодом Николаевичем Петровым любовная повесть о войне, или военная повесть о любви, силой двух страннородственных чувств — страха исчезновения и тоски очарования — соединяет «жизнь» (санитарный поезд, блуждающий между фронтами) и «поэзию» («совершенный и обреченный смерти» XVIII век) в «одно», как в стихотворении Жуковского, давшем этой повести эпиграф, или как на «свободной от времени» картине Ватто.

— А что такое Манон Леско? — неожиданно спросила Вера.— Женщина, созданная для любви, — ответила Нина Алексеевна.— Девушки мне сказали, что это самое обидное название для женщины, «Манон Леско», — сказала Вера, — и что будто вы меня так называете, — сказала она мне тихонько.— А вы как считаете насчет Манон Леско? — спросила Нина Алексеевна у Асламазяна.— Я не знаю, — сказал Асламазян.— А я думаю, что Манон Леско — самая прелестная, самая трогательная из всех героинь и нельзя не любить ее, — сказал я с увлечением.

Турдейская Манон Леско

Петров Всеволод

Написанная в 1946 году искусствоведом Всеволодом Николаевичем Петровым любовная повесть о войне, или военная повесть о любви, силой двух страннородственных чувств — страха исчезновения и тоски очарования — соединяет «жизнь» (санитарный поезд, блуждающий между фронтами) и «поэзию» («совершенный и обреченный смерти» XVIII век) в «одно», как в стихотворении Жуковского, давшем этой повести эпиграф, или как на «свободной от времени» картине Ватто.

Все когда-то кончается, надо только упорно идти вперед.

Иногда всё устраивается само без нашего участия

-А ты не думаешь,-спросила мама,-что мы все действуем в книжке,которую пишет Господь Бог?Если бы я стала писать книжку про нас,я бы где-то наверняка ошиблась.А Бог-он точно знает,чем закончить.Так,чтобы это было к лучшему для каждого из нас.

"Держись!" - подбадривал сестру Питер. "Всё рано или поздно кончается. Если выдержишь, то потом порадуешься, что всё позади".

Часом у найпотрібніші моменти ми здатні на надзвичайні вчинки — здатні робити щось таке, про що у звичайних обставинах навіть не мріємо.

...важливо не стільки те, що ти робиш, скільки те, які при цьому маєш наміри.

Усе на світі має кінець, і щоб до нього дістатися, варто наполегливо йти вперед.

Основное в жизни не то, что ты делаешь, а какую при этом цель подразумеваешь.