Мои цитаты из книг
Человек взрослеет, когда начинает осознавать, что рано или позно умрет.
“У нас все дома” – первый роман молодой француженки Орели Валонь, сразу сделавший ее знаменитой. Не решаясь предложить свою рукопись для печати, начинающая писательница опубликовала ее в интернете, и успех превзошел все ожидания. Как и в случае с Аньес Мартен-Люган, книга вышла в крупном парижском издательстве Michel Lafon, затем в карманном издании, ее перевели в десятке стран, тиражи перевалили за миллион. Старый мизантроп, “тип с мутным прошлым”, как считают соседи, переезжает в дом, где...
человек взрослеет, когда начинает осознавать, что рано или поздно умрет.
“У нас все дома” – первый роман молодой француженки Орели Валонь, сразу сделавший ее знаменитой. Не решаясь предложить свою рукопись для печати, начинающая писательница опубликовала ее в интернете, и успех превзошел все ожидания. Как и в случае с Аньес Мартен-Люган, книга вышла в крупном парижском издательстве Michel Lafon, затем в карманном издании, ее перевели в десятке стран, тиражи перевалили за миллион. Старый мизантроп, “тип с мутным прошлым”, как считают соседи, переезжает в дом, где...
Чтобы не впасть в отчаяние, надо научиться с этим жить, смириться с тем, что смерть - это часть жизни. « Старость - это смерть близких».
“У нас все дома” – первый роман молодой француженки Орели Валонь, сразу сделавший ее знаменитой. Не решаясь предложить свою рукопись для печати, начинающая писательница опубликовала ее в интернете, и успех превзошел все ожидания. Как и в случае с Аньес Мартен-Люган, книга вышла в крупном парижском издательстве Michel Lafon, затем в карманном издании, ее перевели в десятке стран, тиражи перевалили за миллион. Старый мизантроп, “тип с мутным прошлым”, как считают соседи, переезжает в дом, где...
А мне нравится думать, что обо мне забудут, – проговорила она. – Когда мы умрем, вся боль и стыд, которые мы испытывали, все наши горести и мучения превратятся в пыль. Это придает мне смелости: я знаю, что в конце все сотрется и останется чистый лист. Нам достался краткий проблеск сознания, с которым мы можем делать, что хотим, а потом Вселенная опять забирает его себе. Я не верю в Бога, но даже я способна оценить эту высшую справедливость. Нет, меня не пугает забвение – для меня оно почти равноценно полному прощению грехов.
Мне всегда казалось, что момент, когда встречаешь любовь всей жизни, должен быть как в кино. Однако когда во второй вторник последнего года обучения Грейс Таун с десятиминутным опозданием вошла в театральную студию миссис Биди, я ничего такого не почувствовал. Не было ни замедленного действия, ни ветра, ни надрывной музыки, и уж точно мое сердце не остановилось. И, может, потому, что она была новенькой или не такой, как все, или одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять: какая-то...
И как она может быть твоей родственной душой, если никогда не читала «Гарри Поттера»? Ты правда хочешь провести остаток
дней с человеком, который не читал «Гарри Поттера»? Подумай о детях! В какой обстановке им предстоит расти, если у них будет такая мать?
Мне всегда казалось, что момент, когда встречаешь любовь всей жизни, должен быть как в кино. Однако когда во второй вторник последнего года обучения Грейс Таун с десятиминутным опозданием вошла в театральную студию миссис Биди, я ничего такого не почувствовал. Не было ни замедленного действия, ни ветра, ни надрывной музыки, и уж точно мое сердце не остановилось. И, может, потому, что она была новенькой или не такой, как все, или одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять: какая-то...
Ага. Вот и приготовлю для всех мини-пиццы, только купите все, что нужно. А еще, – я откашлялся, – к нам придет девочка.
– Будете вместе делать доклад? – поинтересовалась мама.
– Это твой репетитор? – спросил папа.
– Хочешь ей что-то продать?
– Заманил ее хитростью?
– Она думает, что мы миллионеры?
– Ты ее шантажируешь?
– Она сидит на героине, да?
Мне всегда казалось, что момент, когда встречаешь любовь всей жизни, должен быть как в кино. Однако когда во второй вторник последнего года обучения Грейс Таун с десятиминутным опозданием вошла в театральную студию миссис Биди, я ничего такого не почувствовал. Не было ни замедленного действия, ни ветра, ни надрывной музыки, и уж точно мое сердце не остановилось. И, может, потому, что она была новенькой или не такой, как все, или одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять: какая-то...
– Если не буду подходить к телефону, просто позвони в полицию – они тебя подбросят. А мы с папой соврем, что весь месяц будем держать тебя под домашним арестом.
– Спасибо, мам.
Мне всегда казалось, что момент, когда встречаешь любовь всей жизни, должен быть как в кино. Однако когда во второй вторник последнего года обучения Грейс Таун с десятиминутным опозданием вошла в театральную студию миссис Биди, я ничего такого не почувствовал. Не было ни замедленного действия, ни ветра, ни надрывной музыки, и уж точно мое сердце не остановилось. И, может, потому, что она была новенькой или не такой, как все, или одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять: какая-то...
Осталось лишь сообщить родителям о планах на вечер. Это звучало примерно так:
Я: «Пап, сегодня я снова собираюсь нелегально употреблять алкоголь».
Папа: «Генри, мальчик мой, давно пора. Тебя подвезти?»
Мне всегда казалось, что момент, когда встречаешь любовь всей жизни, должен быть как в кино. Однако когда во второй вторник последнего года обучения Грейс Таун с десятиминутным опозданием вошла в театральную студию миссис Биди, я ничего такого не почувствовал. Не было ни замедленного действия, ни ветра, ни надрывной музыки, и уж точно мое сердце не остановилось. И, может, потому, что она была новенькой или не такой, как все, или одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять: какая-то...
Надо вмешаться сейчас, пока он не начал петь любовные серенады из индийских фильмов.
– Зачем? Разве может быть что-то романтичнее нечаянного расизма? – возразила Джорджия.
Мне всегда казалось, что момент, когда встречаешь любовь всей жизни, должен быть как в кино. Однако когда во второй вторник последнего года обучения Грейс Таун с десятиминутным опозданием вошла в театральную студию миссис Биди, я ничего такого не почувствовал. Не было ни замедленного действия, ни ветра, ни надрывной музыки, и уж точно мое сердце не остановилось. И, может, потому, что она была новенькой или не такой, как все, или одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять: какая-то...
– Джинсы в обтяжку, длинные патлы, – ворчала бабуля. – Он затесался к этим эмо, точно говорю. Я читала про них на компьютере в христианской ассоциации.
– Да нет, он просто сатанист, – ответила мама, и бабка заткнулась.
Мне всегда казалось, что момент, когда встречаешь любовь всей жизни, должен быть как в кино. Однако когда во второй вторник последнего года обучения Грейс Таун с десятиминутным опозданием вошла в театральную студию миссис Биди, я ничего такого не почувствовал. Не было ни замедленного действия, ни ветра, ни надрывной музыки, и уж точно мое сердце не остановилось. И, может, потому, что она была новенькой или не такой, как все, или одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять: какая-то...