К своему прошлому Виктор старался относиться, как к прочитанной когда-то книге. А то, что имя ее главного героя и имя младшего следователя совпадают - так бывают совпадения и покруче.
Я не экономист, - развела она руками, - я врач и маг. Моих познаний в финансах хватает только на то, чтобы ходить по распродажам.
Все совершают ошибки. И если каждый, кто хоть раз ошибется, уйдет - работать будет некому.
В попавшемся недавно Виктору романе маги описывались так:- Коллега, Вы уверены, что профиль Силы в данном случае соответствует необходимому? Может быть, стоит уменьшить количество энергии?- Несомненно, коллега. Не беспокойтесь, я не одну сотню лет занимаюсь экспериментами в данной области.Дочитать книжку не удалось, так что Виктор так и не узнал, чем закончилось дело. Но был уверен, что в вольном переводе диалог почтенных ученых выглядел примерно так:- Не долбанет?- Да не должно.
Наставник говорил, что такая жалость - она поначалу. Потом привыкнешь, не будешь душу рвать над каждым бедолагой. Виктор не знал, рад ли он этой перспективе. Вроде как, после всего, что было, пора уже очерстветь... Но не получалось.
– Ты когда-нибудь теряла близкого человека? – спросила она.
– Да.
– Ты забываешь все плохое, память пытается залечить прошлое. Годы не имеют значения, – сказала Николь. – Время просто идет. Время идет, и ты думаешь, что раны затянулись, но они открываются и болят, снова и снова.
...став бессмертными, они молят о смерти, потому что не ограниченная рамками времени жизнь становится бессмысленной. Я думал, что ад – это место, где нет Бога, но ад – это там, где нет смерти.
Мы сомневаемся в существовании чудес, но когда они случаются, относимся к ним, будто они происходят каждый день.
Я думал, что ад — это место, где нет Бога, но ад — это там, где нет смерти.
Земля тяжко застонала. Тоскливый и яростный вопль огласил окрестности; вокруг погрузившегося в земную плоть клинка вскипела тёмная кровь. Лицо Санделло побелело, но горбун даже не дрогнул.