- Я не совсем поняла, деточка. Ты хочешь, чтобы я сняла тапочки, отвлеклась от своей киношечки про любовьку, прищемила хвост Ехидне, вмешалась в работу РУ и для пущей радости устроила переворот в рядах руководства МУПа?
- О, - мягко улыбнулась Женя. - Тапочки снимать не обязательно.
- Ты в порядке?
- Да! - ответ прозвучал по-армейски бодро.
- Что-нибудь сломала?
- Кактус и какой-то куст. - На этот раз голос был виноватым.
- Себе, спрашиваю, что-нибудь сломала?
- А! Нет.
- Мой священный терновый куст, - вздохнул Азазель.
Но чуть-чуть недовольства – это святое. Мы, женщины, всегда найдем для этого повод. Даже если несчастный мужчина сделает все идеально.
Сиара открыла рот в полной готовности выпалить что-то в мою защиту (или подлить масла в огонь под Лином).
– Это вышло случайно! – на всякий случай тут же открестилась я. Что бы ни имела в виду Ири, в любом случае это не могло получиться нарочно.
- Меня Линас поцеловал!– Совсем? – хором воскликнули мы с призраком, тут же одновременно озадачившись, как можно «поцеловать не совсем».
По правде говоря, в том, что у Сиары и Айдре что-то могло сложиться, мы сомневались. Но законы дружбы порой не признавали объективности, о чем нам сообщила сама же Сиара, когда пару лет назад мы решили донести до нее, что Айдре заинтересуется девушкой только в том случае, если она будет хоть сколько-нибудь похожа на пробоину в стене, заклинившую щеколду в уборной, или повышенное финансирование учебных исследований государством.
– Но она ведь совсем за языком не следит! – Желтые глаза Сиары вспыхнули гневными искорками.– А мы за действиями, – грустно усмехнулась я.
Я вцепилась в черную гриву, как в последнюю надежду на счастье, и молилась, чтобы коня ничто не напугало.
"Ничто не реально, пока не утрачивается: до своего исчезновения все - лишь игра теней."