Мои цитаты из книг
admin
добавил цитату
из книги
«Охотники на тъёрнов»
6 лет назад
– Ну, как говорится, любовь зла, – развела руками я. – Кому наставить рога, не выбирают.
— А зачем? — шепотом спросила Зоя темноту в комнате.
Темнота в комнате загадочно молчала.
…Рыжая оглобля в красных кожаных шортах за стойкой бара, танцовщица в ресторане казино, топ-модель, вышедшая из подъезда старой пятиэтажки во двор как на подиум, свирепая тренерша «жирных тётьков» в фитнес-клубе… Люди так мало знают о тех, кто рядом. Четыре года назад Зоя осталась одна, в один миг потеряв родителей и старшего брата, и поклялась себе заменить племянникам мать. Она хватается за любую работу, в свои двадцать три года искренне считая, что молодость уже прошла, и теперь главная...
А в жизни для любой женщины главное - это стабильность, надежность и покой.
Тамара — молодая привлекательная женщина. Муж, две дочери, престижная работа… Но иногда становится невмоготу изображать сильную деловую женщину и счастливую мать семейства, особенно когда мимо проходят влюбленные пары. И судьба дарит ей еще один шанс — вопрос лишь в цене…
Обида — это замаскированное обвинение в своих бедах и неудачах того, на кого обижаешься.
Аню наняли домработницей к старому инвалиду… По крайней мере, так сказала родственница этого инвалида, принимающая её на работу. И Аня была готова ко всему — к тяжёлой работе, к капризам и придиркам, к непониманию и даже скандалам. Работа была с «проживанием», а за это она была готова терпеть даже самодурство хозяина, тем более, что об этом самодурстве её честно предупредили. Аня не была готова только к тому, что с этого момента жизнь её изменится. И жизнь её родных, и знакомых, и друзей...
Человек сам кузнец своего счастья… Ну, насчет счастья ещё можно сомневаться, а что человек сам кузнец своих несчастий — это совершенно точно. Ни один враг не навредит тебе так, как ты сам себе сумеешь навредить.
Аню наняли домработницей к старому инвалиду… По крайней мере, так сказала родственница этого инвалида, принимающая её на работу. И Аня была готова ко всему — к тяжёлой работе, к капризам и придиркам, к непониманию и даже скандалам. Работа была с «проживанием», а за это она была готова терпеть даже самодурство хозяина, тем более, что об этом самодурстве её честно предупредили. Аня не была готова только к тому, что с этого момента жизнь её изменится. И жизнь её родных, и знакомых, и друзей...
— Анечка, вы невозможно смешная, — грустно сказал Евгений Михайлович. — Может быть, согласитесь звать меня без отчества? Женей, например. Или хотя бы Евгением. И давайте на «ты», а?Ну вот, мы так не договаривались… Аня помолчала, повздыхала, тщательно обдумывая ответ, вспомнила цитату из недавно читанного ею местного классика и с сожалением сказала:— Не смогу. Меня душит уважение.
Аню наняли домработницей к старому инвалиду… По крайней мере, так сказала родственница этого инвалида, принимающая её на работу. И Аня была готова ко всему — к тяжёлой работе, к капризам и придиркам, к непониманию и даже скандалам. Работа была с «проживанием», а за это она была готова терпеть даже самодурство хозяина, тем более, что об этом самодурстве её честно предупредили. Аня не была готова только к тому, что с этого момента жизнь её изменится. И жизнь её родных, и знакомых, и друзей...
— Ах, противный?! Ты кто такая вообще? Ты завтра вылетишь отсюда как… как ракета! Ни цента не получишь! Тебя ни в один приличный дом не возьмут!— Это ничего, — спокойно сказала Аня. Она уже совсем не боялась. — Это не такая уж высокая плата за возможность никогда больше вас не видеть.
Аню наняли домработницей к старому инвалиду… По крайней мере, так сказала родственница этого инвалида, принимающая её на работу. И Аня была готова ко всему — к тяжёлой работе, к капризам и придиркам, к непониманию и даже скандалам. Работа была с «проживанием», а за это она была готова терпеть даже самодурство хозяина, тем более, что об этом самодурстве её честно предупредили. Аня не была готова только к тому, что с этого момента жизнь её изменится. И жизнь её родных, и знакомых, и друзей...
— Всякое бывает. Но за любовь бороться надо!— С кем? — удивилась Аня. — Да и как бороться? Я не понимаю. Любовь или есть — или нет. Если есть — бороться незачем. Если нет — бороться не за что. Логично?
Аню наняли домработницей к старому инвалиду… По крайней мере, так сказала родственница этого инвалида, принимающая её на работу. И Аня была готова ко всему — к тяжёлой работе, к капризам и придиркам, к непониманию и даже скандалам. Работа была с «проживанием», а за это она была готова терпеть даже самодурство хозяина, тем более, что об этом самодурстве её честно предупредили. Аня не была готова только к тому, что с этого момента жизнь её изменится. И жизнь её родных, и знакомых, и друзей...
Всем им за эти годы доставалось по-разному, все они жили, как умели, но все они — жили. Конечно, время от времени кое-кого ностальгия тоже трепала — понятно же, мир был лучше, когда мы были молодыми. Но мы взрослеем, меняемся, и мир меняется. Так ведь надо хоть что-нибудь делать, чтобы мир менялся не в худшую сторону, как говорил Марк Львович. Если нет сил сделать мир лучше, так сделай хоть что-то хорошее для своих людей, для друзей, для любимых, для родных, — на это силы есть абсолютно у каждого человека. Законом природы предусмотрено.
Страсть, которая мучает человека двадцать лет подряд. Страсть, от которой он не может избавиться, которую не может забыть, о которой написал книгу. Любовь всей жизни.
Александра читает эту книгу - и не верит ни одному слову в ней. Потому что эта книга - о ней, и она помнит, что было двадцать лет назад. Двадцать лет назад автор этой книги совершенно сознательно отказался от своей великой любви, выбрав брак по расчету, достаток, карьеру в чужой стране, потому что на родине было слишком трудно...
Если у человека того,о чем он молчит, больше, чем того, о чем все знают, тогда человек сильнее других.
Страсть, которая мучает человека двадцать лет подряд. Страсть, от которой он не может избавиться, которую не может забыть, о которой написал книгу. Любовь всей жизни.
Александра читает эту книгу - и не верит ни одному слову в ней. Потому что эта книга - о ней, и она помнит, что было двадцать лет назад. Двадцать лет назад автор этой книги совершенно сознательно отказался от своей великой любви, выбрав брак по расчету, достаток, карьеру в чужой стране, потому что на родине было слишком трудно...