Мои цитаты из книг
Не исключено, что детство лучше иметь несчастное, голодное и полное жестокостей. По крайней мере, оно научит тебя оценивать вещи по истинному их достоинству
Майкл Янг, аспирант из Кембриджа, уверен, что написал отличную диссертацию, посвященную истокам нацизма, и уже предвкушает блестящую университетскую карьеру. Для историка знание прошлого гораздо важнее фантазий о будущем, но судьба предоставляет Майклу совсем иной шанс: вместо спокойной, но скучной академической карьеры заново сотворить будущее, а заодно историю последних шести десятков лет. А в напарники ему определен престарелый немецкий физик Лео Цуккерман, чью душу изъела мрачная тайна,...
пьесы с фильмами несравнимы, то есть совершенно. Театр мертв, однако я люблю понаблюдать иногда за расчленением трупа
Майкл Янг, аспирант из Кембриджа, уверен, что написал отличную диссертацию, посвященную истокам нацизма, и уже предвкушает блестящую университетскую карьеру. Для историка знание прошлого гораздо важнее фантазий о будущем, но судьба предоставляет Майклу совсем иной шанс: вместо спокойной, но скучной академической карьеры заново сотворить будущее, а заодно историю последних шести десятков лет. А в напарники ему определен престарелый немецкий физик Лео Цуккерман, чью душу изъела мрачная тайна,...
Подлинное одиночество испытываешь, когда все вокруг спит. Конечно, для этого нужно подняться пораньше. Сколько раз я, трудясь над диссертацией, засиживался допоздна, как раз до этого самого часа, и чувствовал себя жалким и заброшенным, однако проснитесь в такую вот рань – и вы изведаете ощущение чудесного, положительного одиночества – в этом вся разница.
Майкл Янг, аспирант из Кембриджа, уверен, что написал отличную диссертацию, посвященную истокам нацизма, и уже предвкушает блестящую университетскую карьеру. Для историка знание прошлого гораздо важнее фантазий о будущем, но судьба предоставляет Майклу совсем иной шанс: вместо спокойной, но скучной академической карьеры заново сотворить будущее, а заодно историю последних шести десятков лет. А в напарники ему определен престарелый немецкий физик Лео Цуккерман, чью душу изъела мрачная тайна,...
Труднее сломить ослиное упрямство слабого, чем решимость сильного.
Майкл Янг, аспирант из Кембриджа, уверен, что написал отличную диссертацию, посвященную истокам нацизма, и уже предвкушает блестящую университетскую карьеру. Для историка знание прошлого гораздо важнее фантазий о будущем, но судьба предоставляет Майклу совсем иной шанс: вместо спокойной, но скучной академической карьеры заново сотворить будущее, а заодно историю последних шести десятков лет. А в напарники ему определен престарелый немецкий физик Лео Цуккерман, чью душу изъела мрачная тайна,...
— Так вы ее уже прочитали?
— Разумеется.
Я ожидал хоть какой-нибудь похвалы, однако Лео ничего больше не прибавил. Вот чего мы, писатели, терпеть не можем. Я хочу сказать, ну, сами понимаете, господи боже, ведь это же мое детище. Представьте, вы лежите в родильном отделении и все ваши друзья набились туда, чтобы посмотреть на только-только рожденного вами младенца.
— Так это он, что ли?
— Да, — вздыхаете вы, заливаясь румянцем материнской гордости.
Молчание.
Майкл Янг, аспирант из Кембриджа, уверен, что написал отличную диссертацию, посвященную истокам нацизма, и уже предвкушает блестящую университетскую карьеру. Для историка знание прошлого гораздо важнее фантазий о будущем, но судьба предоставляет Майклу совсем иной шанс: вместо спокойной, но скучной академической карьеры заново сотворить будущее, а заодно историю последних шести десятков лет. А в напарники ему определен престарелый немецкий физик Лео Цуккерман, чью душу изъела мрачная тайна,...
Нельзя проявлять слабость. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Особенно если знаешь, что не прав.
Дракула… Зловещая фигура «главного вампира всех времен и народов» давно стала хрестоматийным образом, знакомым едва ли не с детского сада. Дракулу знают все, но эти знания – всего лишь причудливое нагромождение фольклора, реальных фактов, созданных Голливудом фантомов, досужих домыслов и клеветы. Так кто же скрывается под бесконечной чередой масок и воплощений, кто же такой Влад Дракула? Вампир? Отважный воин, прославившийся своими победами? Сын дьявола? Кровавый тиран? Жертва искусно...
Тех, у кого есть сила, не судят. Правосудие настигает беспомощных и слабых неудачников.
Дракула… Зловещая фигура «главного вампира всех времен и народов» давно стала хрестоматийным образом, знакомым едва ли не с детского сада. Дракулу знают все, но эти знания – всего лишь причудливое нагромождение фольклора, реальных фактов, созданных Голливудом фантомов, досужих домыслов и клеветы. Так кто же скрывается под бесконечной чередой масок и воплощений, кто же такой Влад Дракула? Вампир? Отважный воин, прославившийся своими победами? Сын дьявола? Кровавый тиран? Жертва искусно...
Казни всегда были любимым зрелищем, и жажда видеть чужую смерть смела показную набожность.
Дракула… Зловещая фигура «главного вампира всех времен и народов» давно стала хрестоматийным образом, знакомым едва ли не с детского сада. Дракулу знают все, но эти знания – всего лишь причудливое нагромождение фольклора, реальных фактов, созданных Голливудом фантомов, досужих домыслов и клеветы. Так кто же скрывается под бесконечной чередой масок и воплощений, кто же такой Влад Дракула? Вампир? Отважный воин, прославившийся своими победами? Сын дьявола? Кровавый тиран? Жертва искусно...
Ответ был утвердительным. Изменить судьбу можно, лишь изменив самого себя, но переделать свою душу не по силам смертному.
Дракула… Зловещая фигура «главного вампира всех времен и народов» давно стала хрестоматийным образом, знакомым едва ли не с детского сада. Дракулу знают все, но эти знания – всего лишь причудливое нагромождение фольклора, реальных фактов, созданных Голливудом фантомов, досужих домыслов и клеветы. Так кто же скрывается под бесконечной чередой масок и воплощений, кто же такой Влад Дракула? Вампир? Отважный воин, прославившийся своими победами? Сын дьявола? Кровавый тиран? Жертва искусно...
Луч утреннего солнца коснулся отточенного лезвия топора, сталь вспыхнула отблесками красного, словно на ней уже алела кровь.
Дракула… Зловещая фигура «главного вампира всех времен и народов» давно стала хрестоматийным образом, знакомым едва ли не с детского сада. Дракулу знают все, но эти знания – всего лишь причудливое нагромождение фольклора, реальных фактов, созданных Голливудом фантомов, досужих домыслов и клеветы. Так кто же скрывается под бесконечной чередой масок и воплощений, кто же такой Влад Дракула? Вампир? Отважный воин, прославившийся своими победами? Сын дьявола? Кровавый тиран? Жертва искусно...