Дэниел Джеффрис пишет: «Это типичный мозг ящерицы, работающий эвристически, совершенно не способный на понимание чего-то нового или инновационного. Он хорош только для атаки, защиты, поиска еды и убежища — и избегания скуки. Это — машина выживания. К сожалению, многие люди живут почти всю свою жизнь таким образом, и их мнения стоят ровно ноль…».
Стоит ли удивляться, что идеи никого не волнуют; что 60% жителей России (это примерно 85% населения за вычетом маленьких детей и глубоких стариков) регулярно смотрит телевизор, включая самые одиозные ток-шоу, а на вопрос «Зачем?» наиболее распространен ответ «Чтобы поржать»? Если принять это во внимание, то становится значительно легче понять такую поддержку операции в Сирии или войны на Украине: ну, слава богу, хоть какие-то интересные новости пошли, можно посмотреть, как кого-то разбомбили. В этом смысле государство становится все менее провайдером правил, защиты, помощи и идей и все более — провайдером новостных раздражителей и примитивных эмоций высокой амплитуды. Та власть, которая удовлетворяет спрос на «движуху», будет иметь поддержку. Та, что ограничивается «идеями», — скучна и непопулярна.
СССР родился нищей страной, был нищей страной при Сталине и умер нищей страной. Диктатуры богатыми не бывают (если это не Сингапур).
Власть принимает мораль, диктуемую обществом, и судить власть с позиций морали другого времени и социума вообще бессмысленно — тогда мы осудим всех и вся без разбору, и Цезарь будет фашистом, и Вашингтон — сепаратистом, и Линкольн — поджигателем войны, и Черчилль — расистом.
Тотальность отвержения гомосексуалистов в России тоже стопроцентно зонной природы. Это неотъемлемый элемент примитивной группы, в которой половой акт указывает на иерархию.
В обществах низкой ответственности индивидуума надо оберегать. Ему нельзя демонстрировать ничего: ни голых детей (побежит соблазнять), ни сигареты в магазине (начнет курить).
России может достаться роль полуразрушенной, разделенной между Европой и Китаем древней империи, подобной великим античным цивилизациям, в которых богатая культура сочеталась с варварством, великое вольнодумство — с деспотией, великие мыслители — с примитивным обществом, обожествляющим агрессию.
Задача уничтожить культурное и литературное влияние евреев на польскую и европейскую цивилизацию для немцев стала почти столь важной, как и физическое истребление еврейского народа.
Человеку под силу вынести голод, бедность и боль, но изоляции ему не вынести. Именно в такие моменты рождаются особенная нужда в книгах и страсть к чтению.
Нацисты знали, как важны евреям книги. Чтение делает человека человеком. Когда кто-то лишает тебя возможности читать, он лишает тебя и возможности мыслить. Они хотели уничтожить евреев, украв у них всё то, что было для них важнее всего на свете.