Мои цитаты из книг
Рина изо всех сил старалась посмотреть на сон своими ― кукольными ― глазами, но всё равно оставалась бестелесным наблюдателем. И чем настойчивее она рвалась вперёд, тем сильнее её затягивало обратно, во вне-каменное пространство, а потом ― мимо бокалов, звёзд и крыш с антеннами ― в собственную постель.
Дом был ужасный – построенный из грязно-серого кирпича и весь какой-то косой. Его подъезды будто перессорились, а на крышу нахлобучилась огромная труба. Когда Рина сюда переехала, то сразу поняла: здесь творится что-то странное, ведь по ночам стены воют так, будто им больно. А однажды, на самой грани сна и яви, она услышала шепот: «Приходи по спирали…» Казалось, кто-то звал на помощь. Кто-то не из нашего пространства. Из Сердцевинума. Оказавшись в этом искаженном мире, Рина и ее друг Тим...
Черноволосая пришелица поздоровалась, и в её ушах сверкнули алые серёжки в форме сердец. Выбрав себе шкафчик, она сняла розовый жакет, под которым оказалась блузка целиком в сердечном орнаменте. Никогда прежде Рина не видела таких девочек-валентинок, и это навеяло ассоциации с недавним путешествием в Сердцевинум.
Дом был ужасный – построенный из грязно-серого кирпича и весь какой-то косой. Его подъезды будто перессорились, а на крышу нахлобучилась огромная труба. Когда Рина сюда переехала, то сразу поняла: здесь творится что-то странное, ведь по ночам стены воют так, будто им больно. А однажды, на самой грани сна и яви, она услышала шепот: «Приходи по спирали…» Казалось, кто-то звал на помощь. Кто-то не из нашего пространства. Из Сердцевинума. Оказавшись в этом искаженном мире, Рина и ее друг Тим...
Он помнил одно место, которое было родным и безопасным, вот только в таком виде, с такой рукой и с такими мыслями... Лучше ему там не показываться.
Дом был ужасный – построенный из грязно-серого кирпича и весь какой-то косой. Его подъезды будто перессорились, а на крышу нахлобучилась огромная труба. Когда Рина сюда переехала, то сразу поняла: здесь творится что-то странное, ведь по ночам стены воют так, будто им больно. А однажды, на самой грани сна и яви, она услышала шепот: «Приходи по спирали…» Казалось, кто-то звал на помощь. Кто-то не из нашего пространства. Из Сердцевинума. Оказавшись в этом искаженном мире, Рина и ее друг Тим...
Чем дальше оставался комиссионный магазин, тем тише становилась песнь, а у границы орхидских владений, под монотонное скрипение кибитки, она совсем задохнулась на дне протянутой оборванцем кружки.
Дом был ужасный – построенный из грязно-серого кирпича и весь какой-то косой. Его подъезды будто перессорились, а на крышу нахлобучилась огромная труба. Когда Рина сюда переехала, то сразу поняла: здесь творится что-то странное, ведь по ночам стены воют так, будто им больно. А однажды, на самой грани сна и яви, она услышала шепот: «Приходи по спирали…» Казалось, кто-то звал на помощь. Кто-то не из нашего пространства. Из Сердцевинума. Оказавшись в этом искаженном мире, Рина и ее друг Тим...
В такую погоду здание казалось нахохлившимся, распустившим черепичные перья. Каждое окно пансиона украшал бархатный воротник красных листьев. Спрятанные в зарослях цветочные горшки едва заметно покачивались на кованых держателях.
Дом был ужасный – построенный из грязно-серого кирпича и весь какой-то косой. Его подъезды будто перессорились, а на крышу нахлобучилась огромная труба. Когда Рина сюда переехала, то сразу поняла: здесь творится что-то странное, ведь по ночам стены воют так, будто им больно. А однажды, на самой грани сна и яви, она услышала шепот: «Приходи по спирали…» Казалось, кто-то звал на помощь. Кто-то не из нашего пространства. Из Сердцевинума. Оказавшись в этом искаженном мире, Рина и ее друг Тим...
А за поражение забираю самое дорогое, – закончил хозяин. – Именно так я и сказал. Но вы, бедняки, почему-то наивно полагаете, что у вас нет решительно ничего дорогого…
Дом был ужасный – построенный из грязно-серого кирпича и весь какой-то косой. Его подъезды будто перессорились, а на крышу нахлобучилась огромная труба. Когда Рина сюда переехала, то сразу поняла: здесь творится что-то странное, ведь по ночам стены воют так, будто им больно. А однажды, на самой грани сна и яви, она услышала шепот: «Приходи по спирали…» Казалось, кто-то звал на помощь. Кто-то не из нашего пространства. Из Сердцевинума. Оказавшись в этом искаженном мире, Рина и ее друг Тим...
Неужели нельзя начать новую жизнь как подобает, без некрасивых старых имен?
Дом был ужасный – построенный из грязно-серого кирпича и весь какой-то косой. Его подъезды будто перессорились, а на крышу нахлобучилась огромная труба. Когда Рина сюда переехала, то сразу поняла: здесь творится что-то странное, ведь по ночам стены воют так, будто им больно. А однажды, на самой грани сна и яви, она услышала шепот: «Приходи по спирали…» Казалось, кто-то звал на помощь. Кто-то не из нашего пространства. Из Сердцевинума. Оказавшись в этом искаженном мире, Рина и ее друг Тим...
Камень мостовой седел прямо под ногами, и мальчишка, как настоящий помоечный воронёнок, оставлял за собой одинокую вереницу по-птичьи маленьких следов. Чердачные коты высокомерно поглядывали на него с заснеженных скатов крыш.
Дом был ужасный – построенный из грязно-серого кирпича и весь какой-то косой. Его подъезды будто перессорились, а на крышу нахлобучилась огромная труба. Когда Рина сюда переехала, то сразу поняла: здесь творится что-то странное, ведь по ночам стены воют так, будто им больно. А однажды, на самой грани сна и яви, она услышала шепот: «Приходи по спирали…» Казалось, кто-то звал на помощь. Кто-то не из нашего пространства. Из Сердцевинума. Оказавшись в этом искаженном мире, Рина и ее друг Тим...
— Думаю, это галлюцинация.
— Что?
— Я плод твоего воображения, — доверительно сообщила ему. — Я сейчас исчезну, а ты утром сходи к врачу.
— Зачем?
— Провериться.
Если твою сестру похитили, причем не куда-нибудь, а на Драконий материк, на отбор к самому наглому и таинственному племени, волей-неволей отправишься за ней! Вот только сначала я разработала план побега, а затем добилась, чтобы меня тоже похитили. Благо это несложно: бездушные ящеры как раз вышли на охоту за невестами… И пусть отбор хранит в себе много пугающих тайн и секретов, нет такой силы, что способна меня остановить! Я спасу нас обеих от навязанной судьбы, и никакой, даже самый...
— За любую другую благодарность, кроме словесной, одному я руку сломаю, возможно, даже две, а со второй проведу долгую, очень долгую воспитательную беседу.
Если твою сестру похитили, причем не куда-нибудь, а на Драконий материк, на отбор к самому наглому и таинственному племени, волей-неволей отправишься за ней! Вот только сначала я разработала план побега, а затем добилась, чтобы меня тоже похитили. Благо это несложно: бездушные ящеры как раз вышли на охоту за невестами… И пусть отбор хранит в себе много пугающих тайн и секретов, нет такой силы, что способна меня остановить! Я спасу нас обеих от навязанной судьбы, и никакой, даже самый...