Мир очень хрупок, Идо. Любуйся им, пока он цел, ведь потом будет очень больно оборачиваться.
Можно примириться с неизбежностью собственной смерти: впустить в сердце, принять как гостя, что неизбежно прибудет, поблагодарить за милосердие к страждущим. Но ты никогда не откроешь ему двери тех, кто тебе дорог, будешь оборонять их до конца.
―Жаль, не он ― наш король, ― пробормотал Идо. ― Жаль, короля не выбирают.Элеорд покосился на него с интересом, в который раз подумав: детей стоит заводить хотя бы ради того, чтобы они озвучивали твои тайные мечты. Те самые, говорить о которых тебе самому уже не позволяют возраст, статус, здравомыслие и любая другая шелуха, облепившая с ног до головы.
«Вальин ничего, совсем ничего не знал о людях. Кроме простой правды: они всегда хотят есть и никогда не хотят брать ответственность за свои поступки».
«Крапива всегда жжется, мой юный граф. Но она же исцеляет и дарит облегчение. Она первой пробивается на самых запущенных пустырях. И ее не так просто вырвать с корнем. Помни об этом. Будь стойким, когда зазвенят мечи и задрожит земля...»
Он видел счастливую судьбу, самую большую надежду, какая может быть у мира, - что близость двоих победит вражду тысяч.
Ушло не равенство как таковое, нет... ушла готовность людей быть равными.
Но пора наконец понять: когда ты встречаешь кого-то, судьба не спрашивает, как тебе удобнее будет его любить. Она дает лишь выбор, любить или нет.
... тайна улучшает историю.
Что пошло не так? Вот в чем вопрос, а не «Быть или не быть», при всем уважении к Шекспиру.