трусов нельзя винить за их изворотливость. Не могут они за все на свете отвечать.
-Не надо так на меня смотреть. Я тебе не враг. -Этого никогда не знаешь заранее.
Слова, как и музыка, обладают невероятной, просто магической силой.
— Ничто не идеально, — сказал он. — Почти у каждой вещи есть свой изъян.
Но Сюя не любил судить о людях, основываясь на слухах. Как кто-то когда-то сказал, если не можешь разобраться сам, нет смысла слушать то, что говорят другие.
— Какова цель этой игры? Разве все это может служить какой-то разумной цели?
Глаза Сёго расширились, но затем он опустил взгляд и рассмеялся. Вопрос Сюи явно его позабавил.— Нет никакой цели, — сказал он.
— Но власти настаивают на том, что у нее есть какое-то военное назначение, — вмешалась Норико.
Продолжая улыбаться, Сёго покачал головой.
— Безумная чушь. Хотя, раз вся страна безумна, эту чушь можно считать совершенно разумной.
Сюя снова ощутил прилив гнева.
— Почему же тогда все это продолжается так долго? — спросил он.
— Очень просто. Потому что никто не протестует. Вот оно и продолжается.
Видя, что Сюя и Норико не находят слов для ответа, Сёго продолжил:
— Послушайте, нашей страной управляет кучка идиотических бюрократов. Хотя на самом деле надо быть идиотом, чтобы стать бюрократом. Я думаю, что, когда эту милую игру только-только придумали — а придумал ее, скорее всего, какой-то психованный военный стратег, — никто просто не стал возражать. К чему поднимать бучу, консультироваться со специалистами? А то, что раз установлено, потом очень тяжело изменить. Только вмешайся, и можешь лишиться работы. Нет, хуже — попасть в исправительно-трудовой лагерь по идеологической причине. Даже если бы все были против, никто бы этого вслух не сказал. Вот почему ничего не меняется. В этой стране уйма безобразий, но все сводится к одному и тому же — фашизму.
Сёго взглянул на Сюю и Норико.
— Вот вы оба, да и я тоже, мы не смеем ничего сказать, — продолжил он. — Даже если что-то кажется вам неправильным, ваша жизнь слишком драгоценна, чтобы рисковать ею, высказывая протест. Так?
Сюя не смог ничего ответить. И гнев его внезапно угас.
— Это постыдно, — сказала Норико.
Сюя молча посмотрел на нее. Норико опустила глаза. И Сюя мысленно с ней согласился — он испытывал такие же чувства.
Словом, Тосинори терпеть не мог: а) симпатичных парней, б) высоких парней и в) вульгарных парней, особенно если они были высокими и симпатичными.)
Пожалуйста, живи. Говори, думай, действуй. Иногда слушай музыку... - Девочка немного помолчала, потом продолжила. - Иногда наслаждайся живописью, чтобы она тебя тронула. Много смейся, а иногда плачь. И если ты найдёшь чудесную девочку, тогда иди к ней и люби её.
А самое главное — Синдзи терпеть не мог рваных или грязных книг. Когда Синдзи читал свои книги, он всегда надевал на них полиэтиленовую обложку.
Из кустов торчала бандитская физиономия. Сёго, никаких сомнений.