Сколько норковых шуб ни имей, сколько золотых колец на пальцы не нанизывай, российское госучреждение всех подравняет, осадит, спесь собьет, и будут все сидеть смирно и ждать своей участи.
По паспорту он был осетин, а по фиду - наркоман
Путь занял около часа. Серый асфальт стелился под пикап. Мимо бежали макдональдсы, бургеркинги, вэндис, пиццахаты и волмарты. Сверху синело горячее небо штата Вирджиния.
В душевой кабинке жило отвратительное насекомое размером с лягушку. Принимая душ, приходилось постоянно оглядываться. Как бы оно в спину не впилось. Убить гада мне не позволяла система моральных ценностей. Я против бессмысленного насилия. Насекомое ведь не виновато, что выглядит отвратительно. Может, это их королева красоты.
Есть у меня такая черта — целиком погружаться в панику в самые неожиданные моменты. Не тогда, когда опасность реальна, а когда она умозрительна.
В тот день мы купили в сувенирном магазине пару открыток со сценой повешенья и отослали домой. Пусть родные порадуются.
Мы покидали этот великий и прекрасный город, которому так идет осень. Эту страну, в которой у меня ни разу не было секса, но однажды родится ребенок. Если, конечно, в медцентре надежно сохранили мою сперму. Интересно, это будет мальчик или девочка? Кем будет мать?
Смотреть произведения новичков всегда непросто. Особенно когда они так себе, а их автор приютил тебя и обогрел.
Мы вряд ли знали, что такое любовь, но это не имело значения, потому что мы принадлежали друг другу и были счастливы.
– Помнишь, как раньше было? – спросил я ее, вытерев очередную порцию слез манжетой рукава. – Я думал, наша жизнь была сказкой, историей, начинающейся с «жили-были». Как мы попали оттуда сюда, Анна? Как? Где наше «жили долго и счастливо»? Как я допустил, чтобы это произошло? Я сожалею, что мы не можем дать задний ход и сделать все заново. Может быть, тогда я бы сделал все как надо…